«КРИК ПРОКУРОРСКОЙ ДУШИ»: О КАКИХ СВОИХ ПРАВАХ ЖАЛЕЮТ РАБОТНИКИ ПОСЛЕ ПРОВАЛА РЕФОРМЫ

15:00, 28.03.2016
  • 7439
  • 289
  • 0

В редакцию «Прокурорской правды» в последнее время всё чаще стали приходить письма, в которых прокурорские работники рассказывают о своей судьбе, которая круто изменилась с началом проведения реформы прокуратуры. Не скрывают своих разочарованных постов в социальных сетях как нынешние, так и уже уволенные по собственному желанию прокуроры.

Стало ли больше таких писем и обращений, по сравнению со «старым режимом»? - Да, стало.

Кого-то не устраивают условия, когда приходится даже за свой счет заправлять картриджи для распечатки отчетов; кто-то жалуется на нового начальника своей прокуратуры, который должен был быть «новым лицом с незапятнанной репутацией»; но большинство, конечно же, разочарованы заработной платой, несправедливо несущей с собой нищету и причину увольнения достойных сотрудников. «Сакварелидзевское» увеличение зарплат в разы, с целью искоренения причин для коррупции, не состоялось, а на взятках ловят уже «новых» прокуроров в «обновленных» прокуратурах.

Существенно повысили зарплату, снизив при этом коррупцию? - Нет.

Совсем не оставляют сомнений в «никому не нужных людей» и решения судов, которые почему-то встают на пользу широкого «реформаторского движения», на пути которого встали даже матери-одиночки с невыплаченными пособиями и зарплатами. Почему суды даже в вотчине главного идеолога реформаторства Давида Сакварелидзе - Одесской области - стают не на сторону людей, проработавших в системе не один десяток лет, а боятся переть против «гастролеров» и их «реформаторских» программ?

Очевидно, что причины, равно как и последствия от такого «реформаторского» отношения к человеческим судьбам людей в погонах, мы будем анализировать уже после окончания всех задуманных преобразований в системе, а пока, констатируем не только провал реформы, в результате которой переутвердились на своих должностях 95% старых прокурорских кадров, но и провал идеологии как таковой.

За примером далеко ходить не нужно. Когда в ходе реформы МВД 30% не прошедших тесты бывших работников вышли на массовые протесты, то их активно поддержал профсоюз сотрудников МВД Украины. Тогда он выразил своё «фэ» Арсену Авакову, а ещё один «удавшийся грузинский идеолог» реформирования правоохранительной системы Хатия Деканоидзе даже признала, что ни одна реформа без сопротивления этой системы не идет.

А что насчет защиты прав прокурорских работников? Почему профсоюз бездействует?

Впрочем, и у реформы МВД свои серьезные проблемы в связи с «новой грузинской идеологией». Но их все-таки больше.

По всей видимости, раз уж мы наблюдаем тотальное недоверие к системе, повальное увольнение работников, развал прокурорской службы как таковой и абсолютную неуверенность в завтрашнем дне, что выливается в своеволие на местах уже новоназначенных прокуроров, то значит, что что-то пошло не так. Причем кардинально.

При этом в кабинете управления реформ и обеспечение качества работы ГПУ заверяют, что совместно с прокурорскими сотрудниками они занимаются решением их повседневных проблем путем поиска ответов на вопросы и их самомотивации.

Ну вот пока подопечные Сакварелидзе ищут и делают соответствующие ему отчеты, прокурорские просто увольняются.

Патриотизм ваш нам не нужен

Настоящий прокурорский патриотизм - это вам не двухдневное выездное участие в алко-семинаре в Краматорске, за которое прокурорские умельцы, среди которых и нынешняя «пидрахиня» ГПУ Людмила Ерхова, а также её зять - первый зам руководителя Киевской местной прокуратуры №1 Андрей Милевский, - получили люстрационный иммунитет.

Патриотизм, это когда обычный прокурорский работник выявляет реальное желание идти защищать территориальную целостность, не стремясь получить ордена необъявленной войны, а тем более, статус участника АТО.

Так, в редакцию «Прокурорской правды» пришло письмо от экс-прокурора Гроховского района Волынской области Дениса Кекляка, который добровольцем вместе со своим коллегой - прокурором областной прокуратуры Сергеем Грибковым отправился в зону АТО от Волынской области.

Грибков, который в июле 2014 года вступил в добровольческий батальон «Айдар, в августе этого года пропал без вести и объявлен в розыск (согласно базе данных Нацполиции) при Иловайской трагедии, поскольку в составе «Айдара» принимал участие в сопротивлении наступательных действий незаконных военных формирований.

Что касается самого Кекляка, то в августе 2014 он вступил в ВС Украины и в сентябре того же года прибыл в зону проведения АТО на территории Марьинского района Донецкой области на т.к. н. первую линию обороны, где находился до фактической демобилизации рядовым солдатом.

Автор письма рассказывает, как прокурор, побывавший в АТО, фактически, в самом пекле тех событий, проходил конкурс на замещение должностей в местные прокуратуры.

В августе прошлого года ему позвонили с разъяснением о праве принять участие в проведении четырехуровневого открытого конкурса на занятие должностей руководителей местных прокуратур, их первых заместителей и заместителей, на что он и согласился. После этого Кекляк телефонным звонком попросил друга написать заявление об участии в конкурсе, что он и сделал.

После мобилизации, в тот же день, он прошел тестирование на знание законодательства, во время которого набрал 96 из 100 балов, что было зафиксировано в протоколе Львовской конкурсной комиссии.

Возможности ознакомиться с порядком, тестами и их изучить времени у него не было. Кроме того, прокуратура Волынской области направляла в зону проведения АТО письмо по поводу явки для проведения тестирования, при том, что добраться из зоны боевых действий и сразу сдать тесты не ознакомившись с ними было, мягко сказать, проблематично.  Да и в таком случае кандидат обречен на низкую сдачу тестов.

Тем не менее, Кекляк довольно успешно прошел тестирование, к удивлению своего руководства. Никто не интересовался, как он ознакамливался с тестами и как будет их сдавать, поскольку изначально были заинтересованы в низких результатах тестирования. Примером этому может послужить то, что и нардеп от Народного Фронта Игорь Лапин просил тогда у себя в фейсбуке во время проведения конкурса предоставить информацию на каждого прокурора, который претендовал в местные прокуратуры. Но никакого компромата на кандидата в Ковельскую местную прокуратуру Кекляка не подбросили.

Очевидно, задачу нардепам от правящей коалиции не допускать к тестированию достойных кандидатов ставили не только здесь.

В октябре 2015 года он прошел тестирование на общие способности, во время которого набрал 40 из 100 возможных баллов, то есть, после проведения двух этапов конкурса общий балл составил 136. В дальнейшем прошел тестирование личностных характеристик (психологический тест) и был допущен к прохождению собеседования на занятие должностей руководителей местных прокуратур, их первых заместителей и заместителей.

Уже в начале ноября во время собеседования Конкурсной комиссии Львовского регионального центра в Киеве, Денис Кекляк с 8 места в рейтинге оказался на 10-м, в результате чего был рекомендован комиссией на занятие административных должностей Ковельской местной прокуратуры, однако набранные баллы были достаточными для прохождения в рейтинг Владимир-Волынской местной прокуратуры на занятие должностей прокуроров местных прокуратур.

В соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 51 Закона Украины «О прокуратуре», пункта 1 части 1 статьи 40 КЗоТ Украины, в связи с реорганизацией и сокращением количества прокуроров органа прокуратуры, Кекляк был уволен с должности прокурора прокуратуры Гороховского района. Одним из доводов прокуратуры области послужило то, что он подал заявление на административные должности, а не на обычных прокуроров местных прокуратур.

Кроме того, прокуратурой Волынской области был заявлено, что отделом работы с кадрами прокуратуры в июле 2015 года проводилось письменное и телефонное оповещение работников гор- и райпрокуратур, в том числе и тех, которые находятся в декретных отпусках, командировках, в зоне проведения АТО, с целью подачи заявлений для участия в конкурсе на занятие должностей прокуроров местных прокуратур.

Но, по словам прокурора, каких-либо телефонных звонков от прокуратуры области он не получал. Кроме того, после демобилизации, со стороны бывшего руководства Кекляк столкнулся с дискредитацией имени и чести, в частности, руководство сосредоточило внимание на отсутствие опыта, а также мотивов службы в зоне проведения АТО и так далее. Такие сведения распространялись именно бывшим прокурором района Владимиром Ющиком, который известный тем, что пытался забрать земельные участки церкви, а также его заместителем Тарасом Смалюком, деятельность на страже закона которого, очевидно, была настолько скрупулезной, что его угрожал убить осужденный, получивший за это своё желание еще год.

Все это объясняется тем, что Ющик претендовал на занятие должности заместителя Ковельской местной прокуратуры, на назначение которой имел полномочия прокурор Волынской области - сын аграрного барона Дмитрий Чепижак, однако был назначен начальником Нововолынского отделения Владимир-Волынской местной прокуратуры, а Смалюк претендовал на занятие начальника Гороховского отделения Владимир-Волынской местной прокуратуры и занял соответствующую должность.

Вот так, после года ведения активных боевых действий у Марьинки, Кекляк получил увольнение из органов прокуратуры, несмотря на высокие рейтинги при проведении тестирования, а приближенные к «верхам» (к слову, отец Чепижака также бизнес-партнер президента Петра Порошенко) получили легко свои должности.

Извольте, увольняюсь!

О том, что сейчас прокуроры повально пишут заявления об уходе скрывать не нужно. Даже после «Революции достоинства», в 2014 -2015 гг., не так массово увольнялись, несмотря на принесенное майданом «детище» - очищение прокурорской системы, как спустя после первых итогов проведенной «младореформаторами» реформы.

При этом, команда под руководством заместителя генпрокурора Давида Сакварелидзе в упор не видит происходящего, хотя большую часть своих писем и высказываний, увольняющиеся из-за «чудо-реформы» работники ведомства выкладывают именно в социальных сетях, где так любит пиарить своё направление грузинский реформатор.

Например, юное очарование, надежда прокурорской системы – девушка прокурор излагает своё видение причин ухода из системы:

«Я любила эту работу, но очень прискорбно, когда твоя работа все время «любит» тебя только в одном смысле. И я объясню почему».

Дальше девушка пишет о том, что суть реформы свелась к простой смене вывесок, а половину работников (квалифицированных работников) уволили. Все по-новому, только зарплаты остались старые, и начальники. Поэтому обязанностей у рядовых сотрудников стало намного больше, равно как и судебных заседаний, контролей, и листов «каких-то непонятных от вышестоящих и так далее». Сидеть на работе стали больше, выходить по субботам, а вместо адекватной за такой объём ответственности и выполняемой работы зарплаты - стали платить премию в 100% размере, и то недолго.

Как акцентирует на этом автор, из прокуроров сделали коррупционеров, взяточников, которых любой «сочувствующий» может поливать грязью, хватать за лацканы и галстуки и лезть в личную жизнь, а возмущаться нельзя. Из сильного государственного органа, который раньше реально мог защитить, отстоять права других людей, сотворили нестабильное ведомство с сомнительными полномочиями, руководство которого ругается между собой переписками в фейсбуке, а своих сотрудников никто защитить не может и не хочет (тот же профсоюз, который у милиции (полиции) оказался действенным).

Дальше следует материальная составляющая причины увольнения - мизерная зарплата, которой едва хватает на оплату съёмной квартиры и комунуслуг и прочего, а если ещё маленький ребёнок? А тут принтер на работе, который заправляешь со своего кармана. Это не те прокурорские, кто несмотря на «реформу» отдыхают на элитных курортах , а те, кто непосредственно её выполняют.

Кроме того, автор поста вновь затронула важный момент о том, что само руководство ГПУ не проявило волю, чтобы запросить большее финансирование у исполнительной власти. Несмотря на многочисленные письменные заявления на адрес руководства ГПУ, там отвечают, что у Кабмина таки просили больше денег, но…

Как сообщает пресс-служба ведомства, месячная зарплата рядового прокурора Специализированной антикоррупционной прокуратуры в 2016 году составляет 60-70 тыс. грн, в то время как у прокуроров региональных, местных прокуратур - 6-8 тыс. грн и 5-7 тыс. грн соответственно.

А кто в этом виноват? Может давайте спросим у Давида который обещал высокие зарплаты прокурорам местных прокуратур.

«Письма Генеральной прокуратуры Украины, направленные Премьер-министру Украины Яценюку 28.12.2015, 10.02.2016 и 26.02.2016 года, в которых поднимался вопрос о недостаточности финансового обеспечения органов прокуратуры и несоразмерности оплаты труда работников правоохранительных органов с приведением соответствующих примеров и расчетов, к сожалению, оставлены без реагирования», - всё что могут ответить по этому поводу в ГПУ.

На местном харьковском форуме поставили справедливый вопрос: вы бы пошли работать прокурором за 5-8 тыс. гривен? 

Половина комментирующих ответили, что это действительно низкая зарплата, как для такой работы.

Но вернемся к письму нашей уже экс-сотрудницы прокуратуры.

«О той системы, куда я шла работать, ничего не осталось. Никакого уважения, никакого авторитета, никакого статуса, никакой перспективы, ничего. Когда я пришла в эту систему, мы могли что-то изменить. А теперь я должна бабушкам объяснять на приеме, что мы не можем ничем им помочь, хоть и хотим, но не можем. Никак. Или что моё государство, которому я служу и на благо которого тружусь, не может меня никак защитить, и наоборот, при увольнении, требует обратно деньги за несношенную форму? От мощной системы самоотверженных людей, которые многое хотел и могли, не осталось практически ничего. Никогда не могла подумать, что офицерские погоны станут просто картонкой, а говорить о том что ты прокурор, нужно будет с опаской и как бы заранее извиняясь за это. Поэтому я ушла».

Почему извиняясь? Да потому что раньше хотя бы бабушкам могли помочь, хоть как-то прокуроры могли сгладить те углы, о которых бились самые заядлые критики прокурорской системы.

Эта девушка вполне обоснованно после такой аргументации приводит следующую мысль о том, что чтобы добиться чего-то - нужно идти против стадного чувства, а это означает, что органы прокуратуры ждут совсем невеселые времена: каждый уважающий себя работник, вполне осознанно будет уходить и менять работу на более достойную.

Ко всему прочему, наблюдается «полная поддержка» и со стороны вышестоящего руководства: «садишься изучать производства, делать вказивки, которые кстати не исполняются абсолютно, а рычагов влияния у нас на следователей как таковых нет, им уже тоже давно на нас ... потом тебе становится обидно что вказивки не исполняются, пишешь лист в главк, но они тоже на тебя подзабивают - у них и так некому работать».

Или вот, еще один опус - «крик души»:

«Раб - это состояние внутреннего мира человека... Многими из нас отданы лучшие годы жизни службы в прокуратуре. Вся горькая правда в том, что на вопрос «зачем» мы будем отвечать себе в старости. Многие из нас устали от внешнего давления. От стыда признаться где ты работаешь. От непонимания окружающих. От тех, кто считает тебя властилином мира, для кого Закон лишь свод правил, на которое можно наплевать... Вот вкратце реалии - 2016... Выбор за каждым... Работники нашей системы устали быть заложниками политической игры. Нонсенс говорить о недоверие Генеральному и петь оды САП... Поставьте «своего» Генерального, которому вы доверяете - вопрос снят. Здесь только персональное недоверие... Думайте ребята сами... При таком подходе нет никакого желания бессмысленно продолжать работу в этой системе... Мы не рабы!!! Всем желаю реализации в этой жизни...» - пишут «пострадавшие» от реформы в профильной группе ВК.

Хуже всего, когда такие тексты пишут молодые специалисты, надежда прокурорской системы.

Итак, что мы имеем: помимо неуважения, нагромождения еще большим объемом работы, вместо обещанной реформаторами справедливой оплаты труда - условия выживания, при которых работники поднадзорных прокурору органов, получают зарплату выше, чем сам прокурор. Например, тот же полицейский, не имеющий выслуги лет, со старта получает от 6 тыс грн. Оклад сотрудника «обновленной» местной прокуратуры меньше оклада кассира в туалете КП «Бессарабский рынок» составляющей 3500 гривен.

Оспаривание заработной платы

Естественно, при тотальном хаосе в правоохранительной системе, надеяться на восстановление своих законных прав, связанных с недочислением заработной платы и прочих выплат, было бы странно. Однако именно этим и стали пользоваться прокурорские работники, озвучив это «временем раскачивания лодки».

Яркий пример - «первопроходец» в этом деле - экс-прокурор прокуратуры г. Сум, который 10 марта этого года получил положительное решение админсуда по его иску к областной прокуратуре с выплатой заработной платы за июль-декабрь 2015 года в соответствии с нормами ст. 81 закона «О прокуратуре», а не согласно тарифных сеток, установленных распоряжением Кабмина (!).

Это вызвало сразу целую волну вопросов по типу «а как это сделать» как к самому «счастливчику» Калинину, так и прокуратуре Сумской области, которая неожиданно стала «белой вороной» среди всех региональных ведомств. Суд поддержал иск в части выплаты зарплаты именно в соответствии с профильным законом, а не решением правительства. Но при этом, Калинину все-таки не удалось взыскать выплату моральной компенсации в размере 50 тысяч гривен.

В своем иске экс-прокурор рассказывает, что в сентябре прошлого года письмом прокуратуры Сумской области его предупредили об увольнении с занимаемой должности и органов прокуратуры в связи с ликвидацией сумской горпрокуратуры, в случае неуспешного прохождения тестирования для замещения должности прокурора в Сумской местной прокуратуре.

Приказом прокурора Сумской области от 3 декабря 2015 прокурора Калинина уволили на основании ст. 38 КЗоТ Украины и п.7 ч.1 ст.51 Закона Украины «О Прокуратуре».

Согласно ст.116 КЗоТ Украины, при увольнении работника, выплата всех сумм, причитающихся ему на предприятии, учреждении, организации, производится в день увольнения. В случае нарушения законодательства об оплате труда, право на обращение в суд с иском о взыскании принадлежащего работнику заработка не ограничивается каким-либо сроком (ч. 2 ст. 233 КЗоТ). Собственно, так и произошло - прокуратурой Сумской области на момент увольнения Калинина ему была не выплачена в полном объеме заработная плата.

В период с вступления в силу 26 октября 2014 года Закона Украины «О прокуратуре», по вступление в силу 9 декабря 2015 года изменений в постановление Кабинета Министров Украины от 31 мая 2012 № 505, размер должностного оклада работника прокуратуры должен был исчисляться в соответствии с Законом Украины «О прокуратуре» в размере 10 минимальных заработных плат.

Кроме того, законы - «О государственном бюджете Украины на 2015 год» и «О прокуратуре» являются специальными нормативно-правовыми актами, которыми определен механизм финансирования оплаты труда работников прокуратуры и размеры заработной платы соответственно, а поэтому правильным со времени вступления законную силу Закона Украины «О прокуратуре» следует применять именно его нормы, поскольку при равнозначных нормативно-правовых актах он является актом, вступившим в законную силу по дате позже, чем Закон Украины «О государственном бюджете Украины на 2015 год». Любых ссылок в Законе Украины «О прокуратуре» относительно применения его норм с учетом ограничений, которые содержит Закон Украины «О государственном бюджете Украины на 2015 год», не содержится.

Вместе с тем, отсутствие механизма реализации права работника прокуратуры на заработную плату в размере, предусмотренном Законом, в связи с невнесением соответствующих изменений в постановление Кабмина № 505, не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку законы Украины имеют высшую юридическую силу, чем постановление Кабинета Министров Украины, а также в связи с тем, что каждый имеет право на заработную плату не ниже определенной законом.

Отсутствие соответствующего финансирования, а также невыполнение отдельными субъектами властных полномочий возложенных на них задач и функций, не может быть основанием для отказа в пересчете должностного оклада для обеспечения достаточного жизненного уровня, в соответствии с Законами Украины «О прокуратуре». Сокращение бюджетных ассигнований не может быть основанием для уменьшения должностных окладов, надбавок к ним и финансирования других, предусмотренных этим законом гарантий, льгот и надбавок.

Вуаля – подавайте ваши иски, господа!

Однако, есть и другая сторона медали, которая несет собой не такие радужные перспективы по отсуждению своей законной заработной платы. Если в случае с Калининым ему удалось возмещения зарплаты за определенны период, то другой его коллеге повезло меньше - её иск не удовлетворили вообще.

Речь идёт о матери-одиночке, которая приказом прокуратуры Винницкой области 29 апреля прошлого года была назначено прокурором Хмельницкой межрайоной прокуратуры Винницкой области, а 15 декабря того же года она была уволена в связи с реорганизацией и сокращением в структуре и штатном расписании прокуратуры области.

Истец хотела добиться признания незаконным приказа прокуратуры, возобновить её в должности прокурора Калиновкой местной прокуратуры Винницкой области и взыскать среднюю зароботную плату за все время вынужденного прогула с 15 декабря 2015 года по день фактического возобновления на работе.

В её случае закон сыграл в злую шутку. За три месяца - в сентябре 2015-ого, в соответствии со статьей 49-2 КЗоТ Украины, прокурор была ознакомлена с предупреждением об увольнении, о чем свидетельствует её подпись на листе. То есть, она была предупреждена о возможном увольнении с занимаемой должности и органов прокуратуры в связи с ликвидацией органа прокуратуры в случае прохождения или неуспешного прохождения тестирования для замещение должности прокурора в соответствующей местной прокуратуре с 14 декабря 2015 года.

То есть, прокурору фактически была предложена другая должность в новообразованной местной прокуратуре, занять которую она имела возможность только по результатам прохождения конкурса.

Истец подала заявление для участия в тестировании и проходила его. Из рейтингового списка Калиновской местной прокуратуры Винницкой области следует, что по результатам тестирования на замещение должностей прокуроров в Калиновской местной прокуратуре Винницкой области она попала на 45 место рейтингового списка из 45 возможных мест с общим итоговым баллом 56. Результаты не оспаривались.

Относительно преимущественного её права на оставление на работе, предусмотренного ст. 42 КЗоТ Украины, то в понимании данной нормы, а также положений ч. 2 ст. 49-2 КЗоТ Украины при сокращении численности и штата работников, работодатель имеет право оставить на работе более квалифицированных работников, и только при условии одинаковой квалификации учитываются обстоятельства, которые могут придать лицу преимущественное право на оставление на работе.

Так что, вопрос применения требований трудового законодательства в отношении прокурора преимущественного права в оставлении ее не берётся во внимание и место в рейтинговом списке не дает ей права конкурировать с другими лицами, получившими высший балл и претендующих на занятие должностей в местной прокуратуре.

Пункт 1 ч. 1. ст. 40 КЗоТ Украины предусматривает, что трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, а также срочный трудовой договор до истечения срока его действия, могут быть расторгнуты собственником или уполномоченным им органом только в случаях изменений в организации производства и труда, в том числе ликвидации, реорганизации, банкротства или перепрофилирования предприятия, учреждения, организации, сокращения численности или штата работников.

Согласно ч. 2 ст. 40 КЗоТ Украины увольнение по основаниям, указанным в пунктах 1, 2 и 6 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его согласия на другую работу. Высший

Высший админсуд объясняет, что по общему правилу приоритетными являются нормы специальных законов, а нормы трудового законодательства подлежат применению только в случае, если нормами спецзаконов не урегулировано спорных отношений.

Справедливо и виновато отметил глава фракции БПП Юрий Луценко: «мы бюджет голосовали в спешке - и в результате нормальные юристы за 2 тысячи гривен в месяц не пошли на конкурс. Только 15% тех, кто участвует в конкурсе, были за пределами прокурорских работников. И это определило результат - реформа провалилась. По вине тех, кто не обеспечил нормальное материальное обеспечение прокурорам, и тех, кто проголосовал за бюджет, и тех, кто промолчал на комитете, когда рассматривали бюджет».

Одно интересно и, одновременно, печально для таких прокурорских работников: согласно Порядку проведения тестирования и четырехуровневого конкурса на занятие должностей в местных прокуратурах, смело подписанным генпрокурором Виктором Шокиным, при проведении тестирования все кандидаты находятся в равных условиях и правах, без предоставления каких-либо преимуществ. Ограничения в конкурсе предусмотрено только для определенной категории лиц - п.1.6 Порядка.

Поэтому, по мнению суда: «предоставление каких-либо льгот или преимуществ кандидату, который не прошел установленный законом безальтернативный порядок назначения на должность в местную прокуратуру, исходя только из его социального статуса, приведет к нарушению установленных ст. 16 Закона №1697-VII гарантий независимости прокуроров и нивелирует принципы, на которых базируется формирование новой прокуратуры Украины, что является недопустимым».

Поскольку тесты сданы неуспешно - возобноситься на работу нельзя. Речи о том, чтобы выплатить заработную плату после 15 декабря, соответственно, тоже.

Вот вам и моральная сторона закона и повлекшей за ним ситуации. При этом, в других ситуациях точно такой же украинский суд ссылается не на закон и завал тестирования на занятие должностей, а на Конституцию, как гаранта защиты прав граждан и недопустимости их сужения, и отсюда на тот же КЗоТ, предоставляющий большую защиту прав граждан перед отраслевыми законами.

Другая ситуация: написал иск - возобновился на работе

В марте этого года Апеляционный админсуд Днепропетровской области вынес решение, которым частично удовлетворил исковое заявление прокурора прокуратуры Кировоградской области к окружному админсуду Кировоградской области, в котором он требовал восстановления на работе, оплату за время вынужденного прогула и возмещение морального вреда - 50000 тыс.грн.

Прокурор с августа занимал должнось прокурора прокуратуры г. Кировоград, и также, как и предыдущую нашу героиню, он был уволен в декабре прошлого года в связи с сокращением штата согласно п.1 ст.40 КЗоТ и п.9 ст.51 Закона Украины «О прокуратуре» с той разницей, что  он является инвалидом по зрению 2 группы. Место работы для него предусмотрено как для инвалида согласно ч.2 ст.17, ст.19 ЗУ «Об основах социальной защите инвалидов в Украине». Увольнение с работы было проведено без предварительного согласия профсоюзного комитета.

При прохождении тестирования в соответствии со ст.31 ЗУ «О прокуратуре» ему, как инвалиду по зрению, не были созданы надлежащие условия, в связи с чем (а он прямо указыват на этот фактор), результат его тестирования составил 71 балл.

Что важно, в предупреждении об освобождении за три месяца до того было указано, что увольнение проходит в связи с ликвидацией, однако была проведена реорганизация органов прокуратуры.

Значит, читайте, что подписываете - понадобится.

В решении суда высшей иснтанции говорится, что одной из важнейших гарантий для работников при сокращении численности или штата, обязанность собственника предприятия или уполномоченного им органа трудоустроить работника. И тут же они пишут, что прокуратура не выполнила обязанность по трудоустройству. (Разница с прошлым иском отличается).

Но эта ситуация больше разнится тем, что здесь изменения в организации труда в прокуратуре не произошли, изменилось лишь структурное подразделение, в котором работал истец. Кроме того, в штате как ликвидированного, так и вновь созданного управления существовала аналогичная должность «прокурор», которую и занимал наш герой до его увольнения.

А посему, решение суда первой инстанции о том, что прокурор уволен законно - Днепропетровский Апеляционный админсуд отменил, а вот в части выплаты зарплаты и моральной компенсации - частично: 21 823 грн. 10 коп. - зарплаты за период с 14 декабря по 14 марта, и 3000 моральной компенсации соотвественно.

В общем, читайте прокуроры иски, выписывайте на основании чего реально можно выехать, поскольку в каждом регионе суды по-своему тракутют одни и те же НПА и Закон «0 прокуратуре», и оспаривайте.

В профильных группах в соцсетях прокурорские работники уже активно сбрасывают друг другу свои примеры обращений в суд, пытаясь, тем самым, доказать, что реформа претерпела фиаско на таких вот важных моментах как заработная плата и своё законное место работы.

Что же делать при этом ГПУ, когда суды завалят исками те, кто заберет деньги, а потом уйдет, а также те, кто даже и без своих «кровных» ежедневно пишет заявление об уходе - вопрос сложный, учитывая, что инфоповод от этих проблем, отвественный за реформу человек – зам генпрокурора Давид Сакварелидзе, просто увёл в сторону «ой, смотрите, что творится, моих людей увольняют!».

Исходя из этого, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

- существует ли какой-то запасной, более «человечный» метод в программе Давида Сакварелидзе, чем увольнение молодых прокуроров, взамен оставшимся даже не повысив зарплату? А запасной метод спасения «реформы»?

- почему суды в своих решениях по одним и тем же вопросам - увольнения и заработной платы прокурорских работников - принимают разные решения?

- если одни прокуроры «новой системе» не нужны, то почему на их место пришли другие – с прокурорских семей, с коррупционным шлейфом, и все те кому зарплата, собственно, и не нужна? Это ставка на деградацию системы от «грузинских реформаторов»?

comments powered by Disqus
TOP