НОВЫЙ ПОВОРОТ В «БРИЛЛИАНТОВОМ ДЕЛЕ»: О ЧЕМ РАССКАЗАЛИ РАССЕКРЕЧЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ?

07:30, 18.12.2015
  • 8798
  • 8
  • 0

К логическому завершению приближается дело получении взятки высокопоставленными сотрудниками ГПУ и Киевской областной прокуратуры, которое уже неоднократно было в объективе внимания «Прокурорской правды».

8 сентября 2015 года датировано постановление за подписью заместителя начальника отдела ГПУ Виталия Опанасенко и заместителя Генерального прокурора Виталия Касько о рассекречивании материалов по проведению негласных следственных действий в деле т.наз. «бриллиантовых прокуроров».

Речь идёт о записях разговоров между собой подставных взяткодателей и посредников в передаче денег сотрудникам прокуратуры. Первоначально, в судебном порядке прокуратура получила разрешения на «прослушку» и наблюдение за прокурорами: Надеждой Демьянюк, Владимиром Шапакиным и Александром Корнийцом, а также посредниками – Валентином Раком и Валерием Гибаленко. Впрочем, основная масса материалов – это записи Валентина Рака и подставного «взяткодателя» - Андрея Гузя.

Собственно, эти разговоры, в которых упоминались фамилии многочисленных высокопоставленных прокуроров, и послужили основанием для дальнейших действий, включая легендарные обыски в помещении ГПУ.

Впрочем, доказательная база на данный момент является слабой, что следует из  обнародованных материалов дела. Потому, сторона следствия прибегает к не самым законным действиям, которые включают и «наезды» на адвокатов подозреваемых.

Новая конфигурация участников «прокурорской ОПГ»

Как следует из материалов уголовного дела, 23 июня 2015 года на территорию, где проводятся работы по добыче песка ООО «Чистый грунт» и ООО «Гидроэкоресурс», прибыла проверка из прокуратуры Киевской области в составе прокурора Надежды Демьянюк и сотрудников милиции. Проверка завершилась арестом имущества фирм, после чего один из собственников компании Андрей Гузь начал искать «выходы» на «прокурорских» и нашел их через знакомого – Валентина Рака. Последний свел предпринимателя с неким «Валерой» - Валерием Гибаленко, который характеризовался как «решала» и «бывший альфовец», вхожий в высшие эшелоны прокуратуры.

Однако все это было ширмой, поскольку реально все это время Гузь работал «сборщиком информации» для младопрокуроров, проводя регулярные записи своих разговоров (преимущественно с Раком), в которых обсуждались подробности передачи взятки «прокурорским».

В частности, из расшифровки разговора фигурантов дела Андрея Гузя, Юрия Бараневича и Валентина Рака от 26 июня 2015 года следует, что первоначально решить свои «вопросы» с арестованным имуществом они пытались через некоего «Коляду», который не смог им оказать необходимую помощь, сославшись на якобы сильное давление по данному делу со стороны ГПУ.

Тяжело сказать, кто конкретно скрывается за данной фамилией, однако можно предположить, что подразумевается Олег Коляда – начальник отдела приема, обработки и анализа оперативной информации Киевской областной прокуратуры. Так или иначе, но более эта фамилия нигде не упоминается.

Далее Рак «вспоминает» о некоем «Валере», через которого они «решали вопросы» с сентября 2014 по март 2015 годов. «Валера» якобы работает через «Володю».

Не сложно установить тот факт, что за этими именами скрываются бывший первый заместитель начальника Главного следственного управления ГПУ Владимир Шапакин (его в диалогах далее несколько раз называют «Владимиром Владимировичем») и бизнесмен Валерий Гибаленко, которые вместе являются обвиняемыми по «Бриллиантово-песочному» делу.

Следует отметить, что «Прокурорская правда» уже писала ранее о тесной связи между «решалой» и прокурором. В частности, Шапакин проживал в частном доме, собственником которого числился Гибаленко.

Итак, Гибаленко помог «выйти» на тот уровень, на котором можно «решать вопросы». В частности, «Валера» познакомил Рака с Юрием Грищенко, являющимся с 31 марта 2015 года начальником главного следственного управления ГПУ. Он якобы пообещал помочь, переложив все технические моменты на помощника - Шапакина.

Характерно, что более в связи с «Бриллиантовым» делом имя Грищенко не упоминается. И на то, очевидно, есть свои причины. Грищенко обязан всем лично Генеральному прокурору Виктору Шокину, а потому считается «его человеком». О близости начальника следственного управления и Генпрокурора свидетельствует, в частности, и тот факт, что именно Грищенко доверил Шокин представительство интересов ГПУ в комиссии по выборам Антикоррупционного прокурора. Это вызвало значительное возмущение со стороны многочисленных «грантоедов», но, самое главное, недовольство среди «западных партнеров» Украины. В конечном счете, президент Порошенко пообещал заменить двух представителей ГПУ в комиссии, и «на выход» отправили именно Грищенко. Впрочем, это не отменяет факта близости Генпрокурора и его подчиненного. Потому не удивительно, что, хотя по записям Юрий Грищенко и «заварил» всю кашу, которая и вылилась в «Бриллиантовое дело», на его карьере это пока никак не отразилось.

Шапакин занялся делом, заявил о своем интересе по отношению к нему в МВД и вышел в областной прокуратуре на человека, который «был ему всем обязан», некоего заместителя прокурора Александра Павловича. Так на горизонте «замаячила» фигура Александра Корнийца.

В игру вступает Корниец

Корниец вступил в разговор с Раком только после того, как «замолвил слово» Шапакин. Якобы ранее у него была команда в разговоры по этому делу не вступать.

Из разговора с Корнийом стало понятно, что на него возложено курирование всей «песочной темы» со стороны «прокурорских». Так же, как ранее он держал вывоз мусора по всей Киевской области и упомянул, что «решение вопроса» обойдется «просителям» в несколько сотен тысяч долларов.

Также из разговора становится очевидным, что причина «наезда» на фирму народного депутата Вячеслава Константиновского заключалась в том, что это доходное место планировали передать другому разработчику, стоящему за некой фирмой «Позитив». Так, якобы, порешали вопросы на уровне непосредственно ГПУ, а потому получили «зеленый свет» для разработок песка.

Любопытный момент. Рак упоминает вскользь, что Корниец якобы в разговоре с ним утверждал, что он «держит» все фирмы, которые осуществляют вывоз мусора в Киевской области.

Как тут не вспомнить т.наз. «мусорное дело», о котором уже писала «Прокурорская правда». Суть его заключается в том, что когда само «бриллиантовое дело» дало трещину, то Корнийцу решили припомнить некоторые его прошлые «художества».

В частности, подняли историю с фирмой «Николсан», на которую Корниец якобы «наехал» еще в 2009 году, заставив хозяина Олега Чайковского переписать половину своего бизнеса на сестру «бриллиантового прокурора» - Ларису Прокопенко. Впрочем, при более внимательном изучении, все выглядит так, будто бы на самом деле все свелось к борьбе двух «крыш»: «комитетской» (СБУ) и прокурорской.

Но в данной ситуации главное не это. Главное то, что Рак вряд ли мог знать все эти обстоятельства в июне 2015 года, а потому выглядит логичным, что о «крышевании мусорного бизнеса» он мог узнать только от самого Корнийца. А, значит, он действительно общался с бывшим заместителем прокурора Киевщины. Что, впрочем, само по себе ничего не доказывает.

Дальнейшие переговоры велись исключительно через Гибаленко. Именно он озвучил конечную сумму сделки – 200 тыс. долларов. О контактах между Валентином Раком и Валерием Гибаленко свидетельствуют, в частности, протоколы наружного наблюдения.

Наблюдение установило, что 27 июня 2015 года, Гибаленко встречался с Шапакиным, после чего они вместе отправились на «стрелку» к Корнийцу. Все это происходило на следующий день после общения Гибаленко с Раком.

Выстраивается интересная схема. Гузь дает деньги Раку. Рак – Гибаленко. Гибаленко якобы «делится» с Шапакиным и Корнийцом, однако каких-то неопровержимых улик, что деньги и правда двигались по этому пути, на самом деле нет.

Кстати, сам Корниец обыгрывал этот момент в своих многочисленных интервью. В частности, еще 2 ноября 2015 года он изложил свою версию журналистам.

Итак, в повествовании «бриллиантового прокурора», некий гр. Гузь и еще двое представителей предприятий, которые незаконно добывают песок, обращаются к гражданину Раку. Они между собой обсуждают то, как будут передавать деньги прокурорам. Все записывается Гузем на видео/аудио аппаратуру, которую фиксируют работники службы безопасности Украины. После этого, 26 июня Гузь передает гражданину Раку 50 тыс. долларов. Тот якобы вручает деньги некому Гибаленко, а он якобы «заслал» деньги прокурорам Корнийцу и Шапакину. Это все известно только со слов Рака и Гибалнко и с этого начинается уголовное производство. Негласные следственные действия, много слежек, телефонные прослушки. Потом, 1 июля Гузь опять передает Раку 100 тыс. долларов, которые тот опять относит посреднику.

Корниец признает факт встречи с Гибаленко, но утверждает, что речь о деньгах там вообще не шла. Говорили о каких-то дополнительных документах по компаниям, которые так и не были представлены. По словам Корнийца, Гибаленко, который проходит, как посредник, вообще денег ни разу не предлагал, а просто уговаривал дело закрыть, предлагая уплатить какой-то штраф.

Конечно, логика в словах Корнийца присутствует. Действительно, нигде не зафиксировано то, что он деньги передавал или получал, а весь «долларовый путь» шел к нему через десятые руки и определенно утверждать что-то по этому вопросу нельзя.

Также следует вспомнить еще один момент. Еще 26.06.2015 года в Апелляционный суд г. Киева было подано ходатайство о ведении внешнего наблюдения за Корнийцом и о прослушивании его мобильного телефона (который по каким-то причинам не был указан). Однако никаких особых результатов этих действий в деле не обнаружено, что еще раз указывает если не на невиновность того, кого у нас принято называть «Бриллиантовым прокурором», то на осторожность.

Следует упомянуть еще одно обстоятельство, которое прямо выплывает из проведенной «прослушки». А именно, во время предварительных переговоров Гузя и Рака неоднократно всплывает фамилия самого Генерального прокурора Виктора Шокина.

В частности, Рак убеждает Гузя, что «наезд» на его фирму был организован именно по указанию первого лица ГПУ. Кстати, фигуранты были убеждены, что Александр Корниец – это «племянник Шокина».

Причиной «наезда» якобы послужило то, что «прокурорские» были убеждены, что атакуемый карьер работает «в черную».

В более поздних разговорах, в качестве заказчика «наезда» со стороны прокуратуры указывается экс-губернатор Киевщины Александр Присяжнюк и его фирма «Визион».

Однако, фамилия Генпрокурора нигде не упоминалась в контексте «бриллиантово-песочного» дела даже самыми принципиальными и неподкупными «младопрокурорами». Притом, что факта упоминания в общении Гузя и Рака фамилий имен Шапакина и Корнийца (кстати, их нигде в записях не называют по фамилиям, в отличие от Шокина или его «друга» Грищенко) оказалось вполне достаточно, чтобы начать против них следственные действия.

В разговорах упоминается необходимость «решать вопросы» не только с ГПУ, но и на уровне МВД и СБУ, куда также будет нужно «занести» часть предложенной взятки. Однако, по каким-то причинам, и это направление оказалось в итоговом деле неотработанным.

Если попытаться подытожить все это, то становится понятным, что вырисовываются контуры глобальной схемы «крышевания» разнообразного бизнеса на уровне ГПУ и Киевской областной прокуратуры.

Однако, по каким-то причинам, из всей мозаики фамилий, инициаторы «бриллиантово-песочного дела» выбрали только две: Корнийца и Шапакина. При том, что предъявить им, по сути, нечего, поскольку все «доказательства» - это записи сплетен, и факт общения одних посредников с другими.

Атака на адвоката Шапакина

В этом контексте интересным выглядит недавнее развитие истории с покушением на адвоката Шапакина.

«Прокурорская правда» уже писала, как в ночь с 5 на 6 ноября во двор адвоката бывшего заместителя начальника следственного управления ГПУ Владимира Шапакина Сергея Козаченко бросили две гранаты. Об этом со ссылкой на пресс-службу Киевской областной милиции сообщает Интерфакс-Украина.

Согласно данным милиции, инцидент произошел около 1 часа ночи во дворе дома адвоката в селе Старая Оржица Згуровского района Киевской области, куда неизвестные бросили две гранаты, предположительно Ф-1.

Защитник экс-замначальника следственного управления ГПУ не был тогда согласен с квалификацией инцидента милицией, которая признала произошедшее «хулиганством», и был уверен: гранаты бросили в его двор с целью покушения.

История получила дальнейшее развитие уже довольно скоро.

Только Козаченко подает заявление о покушении на свою жизнь, как сразу же появились на горизонте следователь Сергей Трофанюк и замначальника отдела ГПУ Виталий Опанасенко, которые сразу же предложили озвучить версию, что все это организовал не кто иной, как проходящий по делу вместе с Шапакиным прокурор Корниец.

Якобы Шапакин хотел сознаться, а Корниец решил его запугать. Соответственно, Козаченко предложили сделать соответствующее заявление и, задано, помочь следствию, уговорить Владимира Шапакина сознаться и пойти на сделку. В обмен на это, лица из ГПУ предложили адвокату охрану.

После этого Козаченко начинает подозревать следователей в покушении, поскольку его организация удивительным образом совпала с необходимостью того, чтобы Шапакин дал показания против Корнийца.

Соответственно, Козаченко изложил свою версию в письме на имя руководства ГПУ и СБУ.

В нем он рассказывает свою версию, указывает на то, как Опанасенко и Трофанюк «подталкивали» его к «оговору» Корнийца, предлагая в обмен охрану. По уверениям Козаченко, он, якобы, первоначально согласился изобразить «сотрудничество», однако, в конечном счете, убедился в причастности Трофанюка и Опанасенко в покушении на него. Соответственно, адвокат обвинил в своем обращении упомянутых выше сотрудников ГПУ.

Реакция не заставила себя долго ждать и уже 10 декабря 2015 года с Козаченко была снята охрана. Сам адвокат Шапакина воспринял произошедшее как подготовку покушения на него.

Соответственно, если вспомнить, что именно подписи Опанасенко стоят под материалами уголовного дела «бриллиантовых прокуроров», становится понятным его заинтересованность в том, чтобы добиться хоть какого-то результата, пускай и путем добычи разных сомнительных улик.

Исходя из изложенного, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

- почему не привлекли внимание расследовавших «бриллиантовое» дело начальник следственного управления ГПУ Юрий Грищенко, или Генпрокурор Виктор Шокин, имена которых также упоминали «прослушиваемые» фигуранты дела вместе с Корнийцом и Шапакиным?

- как обвинение собирается доказывать перемещение денег по цепочке Гузь – Рак – Гибаленко – Шапакин – Корниец, если какие-то документальные подтверждения существуют лишь по первым трем лицам цепочки?

- почему охрана с адвоката Шапакина Сергея Козаченко снимается именно сейчас, после того, как он обвинил в покушении на себя следователя Сергея Трофанюка и прокурора Виталия Опанасенко?

comments powered by Disqus
TOP