ПОДЫГРЫВАЕТ СЕПАРАТИСТАМ? СВОДКИ ИЗ ПОВСЕДНЕВНОЙ РАБОТЫ ВЕДОМСТВА АНАТОЛИЯ МАТИОСА

14:00, 13.10.2015
  • 2389
  • 508
  • 0

В ведомстве Главного военного прокурора Украины Анатолия Матиоса всерьез взялись «за работу». Так, на фоне недорасследованных причин Иловайской трагедии и других военных операций, военные прокуроры начали активно прессовать простых солдат и офицеров по весьма неоднозначным уголовным делам. Тем не менее, настоящие правонарушители удивительным образом почему-то избегают ответственности.

Призывы нынешней власти о том, что учитывая ситуацию на востоке страны, государство нуждается в защитниках, вот уже более полутора лет мы ежедневно, как заученную мантру, слышим отовсюду. При этом, власть придержащие надеются, что «высокие» слова о необходимости исполнения гражданского долга дойдут, прежде всего, до тех, кто захочет сделать это добровольно.

Нужно сказать, что людей, желающих противопоставить свои знания и умения распространению террористической угрозы в стране, к счастью, действительно, не мало.  Ну а что же государство, которое должно обеспечить своих защитников самым необходимым? О закупке экипировки и снаряжения добровольцами сказано уже немало. Но вместо того, чтобы сказать, как минимум, «спасибо» бойцам, стоящим на страже украинской границы на Донбассе, как выяснилось «благодарные» чиновники могут предложить… нары в колонии. 

И главной «движущей силой» такой «политики» в отношении участников Антитеррористической операции выступает Главная военная прокуратура под руководством Анатолия Матиоса. Как пример, случай произошедший в середине лета текущего года в Краматорске  с военнослужащим Александром Ружанским. В результате нападения на военного двух местных молодчиков, открыто симпатизирующих «ДНР», прокурорскими было открыто дело на самого солдата, которому теперь «светит» до 7 лет тюрьмы.

«Дух железного Феликса»: прокуроры «клепают» на военных сотни дел

Говоря о ситуации, которая сложилась сегодня в ведомстве Анатолия Матиоса можно коротко сказать: «Мы их нагибали как могли». Ведь Главная военная прокуратура, вновь созданная в стране в прошлом году, на текущий момент, то ли оправдывает целесообразность своего существования перед высшим политическим руководством, возбуждая сотни уголовных дел на украинских военных, то ли просто проснулся дух «железного Феликса», когда прокурорские, почувствовав вкус крови, уже не могут остановиться в своей чересчур активной деятельности.

Справедливости ради отметим, что ситуация в зоне АТО в части соблюдения дисциплины воинскими подразделениями оставляет желать лучшего. Есть тут и систематическое пьянство, и мародерство, и такие шокирующие факты, как например, ситуация с милицейской ротой «Торнадо», бойцы и командиры которой, как оказалось наполовину состоящие из бывших уголовников и были уличены даже в изнасилованиях мирных жителей.

При всем этом «разнообразии» нельзя не заметить и тот факт, что ведомство Матиоса явно «буксует» с расследованием резонансных дел, таких, например, как Иловайская трагедия, когда в результате несогласованных и непродуманных шагов руководства Минобороны и МВД летом прошлого года в окружение боевиков «ДНР» попала большая группировка украинских войск. Кто виноват в образовании котла, в который угодили  вокруг маленького донбасского городка украинские солдаты, военные прокуроры окончательно не ответили до сих пор.

Вместо ответа на вопрос, который так жаждет услышать украинская общественность, у Матиоса взяли на себя роль статистов. В том смысле, что на сегодняшний день, вместо конкретных фамилий высшего нынешнего и бывшего руководства силовых ведомств, периодически озвучивается лишь число погибших в этой операции.

Тем не менее, выходить сухим из воды в любых ситуациях, похоже, главная фишка господина Матиоса. Посему, совсем недавно он сделал заявление, которого от него так долго ждали общественники (забегая наперед, скажем, что ожидания, мягко говоря, не оправдались).

Так, 10 октября текущего года главный военный прокурор страны заявил, что не видит в действиях военного руководства страны умышленных деяний, приведших к попаданию украинских войск в котел. Тем не менее, по мнению Матиоса, имело место халатность со стороны руководства АТО.  Таким образом, журналисты и общественники, и на сей раз не услышали, кто же конкретно понесет наказание за кровавый ад на Донбассе летом 2014-го. Но миссию свою Матиос выполнил: теперь уж если кто и спросит, как продвигается расследование резонансного уголовного дела, всегда можно козырнуть, мол, дело под контролем, вот же занимаемся, помните, вам рассказывал недавно!?

Хотя в октябре 2014-го Матиос был более конкретен в своих обвинениях – тогда он называл первопричиной Иловайской трагедии дезертирство с линии фронта бойцов батальона территориальной обороны «Прикарпатье». По его мнению, 326 бойцов батальона под командованием комбата Виталия Комара самовольно с оружием  в руках покинули позиции и отправились домой. Но как видим, спустя год главный «особист» страны кардинально поменял свои взгляды.

Чрезвычайно активны следователи военной прокуратуры в возбуждении уголовных дел в отношении участников АТО по факту дезертирства и в других эпизодах, не касающихся Иловайской трагедии.

Так, военной прокуратурой Южного региона в августе прошлого года были возбуждены уголовные дела в отношении 40 бойцов 51-й механизированной бригады Вооруженных Сил Украины. Солдаты обвинялись в том, что отступили из-под обстрела артиллерии на территорию России по статьям 408 и 429 Уголовного Кодекса Украины («дезертирство в боевой обстановке» и «самовольное оставление поля боя» соответственно).  При этом прокурорских не смутило, что в Украине официально не объявлена война, а проводится лишь только «Антитеррористическая операция», а значит никакой боевой обстановки официально не может быть и в помине. А вот на то, что наши военные сутками не имели связь с центром, не получали боеприпасы и питание, находясь под шквальным огнем врага, в военной прокуратуре тогда предпочли умолчать.

Избитый солдат сам стал…подозреваемым в хулиганстве

Впрочем, историй о «слепоте» военных прокуроров на, казалось бы, очевидные вещи множество. Но, события, развернувшиеся с украинским добровольцем, харьковчанином Александром Ружанским, обращают на себя внимание, прежде всего тем, с каким маниакальным упорством «синие мундиры» сегодня пытаются «закрыть» теперь уже бывшего военнослужащего.

Началось все с того, что 8 июля текущего года в краматорском парке им. Пушкина сержант Ружанский проводил время, сидя в гражданской одежде за столиком кафе, когда к нему подсели двое незнакомых мужчин. Слово за слово – познакомились. Ружанский рассказал им, что он боец ВСУ. Данный факт вызвал явное недовольство новых знакомых военнослужащего, которые в лучших традициях российских СМИ назвали его «карателем» и начали нецензурно выражаться. Далее от слов решили перейти к «физвоспитанию», несколько раз ударив сержанта.

Успев увернуться от большей части предназначавшихся ему «гостинцев», Ружанский поспешил в расположение военных – помещение Военной службы правопорядка, где проживали бойцы.  Однако, так и не сумев там заснуть, решил выйти на улицу. Памятуя об инциденте, на всякий случай прихватил с собой зарегистрированный травматический пистолет, при этом, лежавший под кроватью боевой автомат Калашникова, учитывая возможные угрозы, боец брать не стал.

На улице его уже поджидала знакомая «компания», которая на этот раз взялась за избиение основательно – Ружанского избивали уже до потери сознания. Правда, перед тем как отойти «в отключку», сержант успел сделать выстрел в живот одному из нападавших из пистолета с резиновыми пулями. На шум от  выстрела подбежали сослуживцы Александра, которые и прекратили драку.

По факту нападения в этот же день Ружанский написал заявление в милицию, снял побои. Предварительно медики диагностировали у бойца АТО сотрясение мозга и легкие телесные повреждения. Заявление правоохранители приняли и занесли его в Единый реестр досудебных расследований.

На это всё. Но каково же было удивление Александра, когда спустя 2,5 месяца, ему, будучи уже демобилизованному военнослужащему, находящемуся за несколько сотен километров от Краматорска в родном Харькове, было объявлено о подозрении в совершении уголовного правонарушения в соответствии со статьями 42, 276,277,278 УК Украины.

Согласно данному документу, следствие военной прокуратуры в лице следователя Дмитрия Зархина подозревает Ружанского в «грубом нарушении общественного порядка «по мотивам явного неуважения к обществу, сопровождавшееся особой дерзостью с применением огнестрельного оружия».

Интересно, что в документе указывается именно огнестрельное оружие, хотя, как известно, пистолет, стреляющий резиновыми пулями по классификации относится к травматическому.

Раскрывает документ и личности пострадавших. Как выяснилось, это местные жители Александр Стефаненко и Валерий Евстигнеев. Стефаненко был ранее дважды судим за хранение наркотических средств. Последнюю «ходку» отбывал в Крыму, откуда освободился сразу же после аннексии полуострова Россией.

Евстигнеев же отличается особой любовью к так называемым «ДНР-ЛНР». По утверждениям Ружанского, его страничка в соцсети «Одноклассники» пестрит материалами сепаратистского толка, где он открыто высказывает свою ненависть к Украине, ее армии и государственному устройству.

При этом следователь Дмитрий Зархин никак не отреагировал на просьбы подследственного Ружанского проверить Евстигнеева на предмет возможных связей с сепаратистами, посоветовав «не указывать ему как работать».

Отметим, что сам Ружанский с 1994 по 1996 гг.  работал в должности следователя и помощника прокурора  прокуратуры Московского района г. Харькова и уж точно наверняка знает процесс по расследованию уголовного производства. В интервью журналистам бывший прокурорский пояснил причину такого поведения следователя Зархина: по имеющейся у него информации, Дмитрий Зархин симпатизирует сепаратистам, так как является ни много ни мало… товарищем лидера харьковской сепаратистской организации «Оплот» Евгения Жилина.

За отказ от сделки прокуроры начали прессовать

Причиной сегодняшнего «пресса» прокурорских на своего бывшего коллегу Александр Ружанский считает то, что еще в самом начале не пошел на предлагаемую военными прокурорами «сделку» - взять всю вину на себя в обмен на получение условного срока. С таким предложением к бывшему военному выступал другой сотрудник военной прокуратуры по фамилии Мрочко, который сказал, что в случае отказа Ружанский получит максимальный срок. Александр отказался, не чувствуя за собой абсолютно никакой вины и пораженный ловкостью прокурорских «лепить горбатого», то есть из пострадавшего подозреваемого.  И поэтому сегодня вся госмашина военной прокуратуры работает против него.

В то же время интересно то, что поскольку дело изначально вносила в ЕРДР милиция, то и расследовать его должны именно они. Почему же и каким образом дело Ружанского забрала военная прокуратура до конца неясно – ведь речь идет о хулиганстве и причинении легких телесных повреждений лицом, которое на момент совершения противоправного действия находилось не при исполнении служебных обязанностей.

Пытаясь поставить заслон прокурорскому беспределу, 29 сентября этого года Рружанский подал  заявления в ГПУ и СБУ о совершении в отношении него должностными лицами Военной прокуратуры сил АТО ряда преступлений. В ответе значилось, что заявление Ружанского передано на рассмотрение в прокуратуру Донецкой области. Правда, какое отношение имеет облпрокуратура к действиям военной прокуратуры сил АТО из ответа неясно.

Тем не менее, после отказа от «предложения» прокурорских о признании своей вины, сержанта хотят запереть за решетку.  Так, повестки явиться на допрос к следователю в Краматорск харьковчанину высылают исключительно на пятницу или субботу. Делается это, по мнению Ружанского для того, чтобы при первом удобном случае после допросов в эти дни запереть в камеру до начала новой рабочей недели. Ну а там же можно и продлить срок ареста по решению суда.

«Контрнаступление» прокурорских на Ружанского было осуществлено 26 сентября, когда к нему домой в Харькове пытались войти сотрудники милиции для того, чтобы доставить на допрос к Зархину в Краматорск. Но сделать это так и не смогли.

13 октября «визит вежливости» домой к Ружанскому, где проживает грудной ребенок, повторился. На сей раз в квартиру пожаловало сразу 7 военных прокуроров с постановлением о проведении обыска. Искали камуфляж военнослужащего (при том, что во время стрельбы в Краматорске наш герой был в гражданской одежде) и разрешение на хранение оружия. При этом когда прокуроры нашли то, за чем официально якобы пришли, они даже не стали трогать эти вещи. По мнению бывшего военнослужащего, это подтверждает тот факт, что истинной целью прихода «синих мундиров» в жилище являлась подброска оружия и наркотиков. Но пришедшие адвокат подследственного и его друзья помешали этим планам.

На сегодняшний день история Александра Ружанского не окончена, так как прокурорские продолжают активный прессинг со своей стороны на человека, оказавшему сопротивление системе, благодаря своим знаниям уголовно-процессуального права.

Людям с передовой – тюрьмы, «тыловым крысам» - свободу?

Помимо харьковчанина Ружанского, военными прокурорами в Украине расследуется и ряд других, далеко неоднозначных уголовных дел в отношении военнослужащих.

Так, достаточно вспомнить дело командира батальона «Слобожанщина»  Андрея Янголенко, который, по словам все того же Анатолия Матиоса, готовил покушение на ряд высокопоставленных лиц страны, в числе которых – глава МВД Арсен Аваков. Ныне Янголенко находится в Краматорском СИЗО, куда был отправлен решением суда.

Комментируя дело комбата «Слобожанщины» советник главы СБУ Юрий Тандит отметил, что в деле на покушение Авакова может быть «российский след». Что же делают СБУ, зная, что добровольческими батальонами руководят люди управляемые из страны-агрессора, советник главы спецслужбы не пояснил.

А вот бывший военнослужащий ВСУ, командовавший небольшим подразделением в ходе операции в районе Дебальцево, Игорь Глущук уже осужден на 6,5 лет лишения свободы с отсрочкой. Следователи военной прокуратуры вменяли в вину Глущуку то, что он отказался выполнять приказ о переброске людей без боекомплекта на никому не нужные позиции. Тем самым  командир сохранил жизни своим бойцам.

При этом следователь намекал Глущуку, что «вопрос можно решить», заплатив деньги. Но поскольку военный из бедной семьи и у него за душой ни копейки, то ему и светила судимость.

В то же время, военные прокуроры в упор не замечают массовое воровство в армии, которое творят те люди, которых солдаты на передовой чаще всего называют «тыловыми крысами». А если и привлекают к ответственности, то благодаря, на удивление мягкой позиции обвинения в суде, такие люди получают условное наказание.

К примеру, совсем недавно так произошло с бывшим начальником управления тыла Нацгвардии Украины Святославом Манжурой, попавшемся в начале текущего года на взятке в размере 230 тыс. грн. Сумма была получена за содействие в победе одной из фирм в конкурсных торгах на поставку продуктов питания (мясных консервов) для нужд Нацгвардии.

Решением Соломенского райсуда Киева, 2 октября Манжура был приговорен к пяти годам лишения свободы условно.

Налицо «двойные стандарты» исповедуемые военной прокуратурой страны: бедным солдатам с передовой тюрьмы, а «тыловые крысы», ворочающие миллионными суммами, вполне могут расчитывать, в случае чего, максимум на условное наказание.

В связи с этим «Прокурорская Правда» имеет несколько вопросов:

- почему вместо реальных фамилий виновных в резонансных уголовных делах, как например, в деле расследования Иловайской трагедии, мы слышим постоянные рапорта Анатолия Матиоса об осужденных дезертирах, провинившихся в бытовых драках, хулиганстве и т.д. Это способ отвлечь внимание общества от необходимости рано или поздно озвучивания громких фамилий?

- чем руководствуется военная прокуратура, преследуя бывшего военнослужащего  Александра Ружанского, который отбивал атаку агрессивно настроенных краматорских сепаратистов, а в итоге сам подозревается в хулиганстве? Может быть тем, что следователь Дмитрий Зархин лично симпатизирует «сепарам» и готов оказать им помощь в деле расправы над «укропом»?

- как долго военные прокуроры будут исповедовать двойные стандарты, когда солдаты с передовой получают реальные сроки за сохранение жизни своих бойцов, а штабные и тыловые работники, подозревающиеся в хищениях и взятках на многотысячные суммы, отделываются максимум условным сроком?

comments powered by Disqus
TOP