ПРОКУРОРЫ & СУДЬИ: КТО СДАЁТ, А КТО ВЫСТОИТ СВОЮ ПОЗИЦИЮ

15:52, 02.04.2015
  • 3022
  • 1
  • 0

Глава Голосеевского районного суда г. Киева Елена Первушина рассказывает изданию «Закон и бизнес» о том, как хотят ослабить судебную систему. «Почти ежедневно представители органов власти проверяют, выстоят ли обладатели мантий перед новыми испытаниями. Служители Фемиды не вправе молчать, они должны объединиться, чтобы отстоять судебную систему и вылечить общество от опасной заразной болезни - правового нигилизма. А еще - очистить судебную власть от лиц, не достойных носить мантию».

«В 50% судебных заседаний прокурор не может отстоять и обосновать свою позицию»

- Елена Сергеевна, 6 марта возглавляемый вами орган отказал в удовлетворении ходатайства Генпрокуратуры о применении в отношении судьи Печерского районного суда Киева Сергея Вовка меры пресечения в виде содержания под стражей. Эта новость получила широкую огласку. Решение суда активно комментировали в соцсетях. Мнения пользователей Интернета в основном сводились к одному - обвинений следственного судьи, который рассматривал ходатайство. В свою очередь, прокуратура не согласилась с решением суда, о чем заявила представителям СМИ. Позиции суда не получено.

- Судьи с осторожностью относятся к публичным заявлениям. Они могут сказать столько, сколько им позволяет закон и Кодекс судейской этики. Что касается рассмотрения упомянутого ходатайства, то к следственному судье Голосеевского райсуда Киева Оксаны Мирошниченко, которая приняла соответствующее постановление, никто за комментариями не обращался. Пожалуй, общественность просто не хочет слышать судейских комментариев, людям больше нравится мнение другой стороны - прокуратуры, которую они даже не ставят под сомнение ...

В последнее время события вокруг судебной системы развиваются столь стремительно, что никто не хочет остановиться и спросить себя: «Куда мы идем? Как далеко может все это зайти?». Да, из-за профессиональной специфики судьи не являются публичными лицами. Однако наступает такой переломный момент, достигается такая точка кипения, когда нельзя не говорить.

Я не могу молчать, когда над судебной системой издеваются. Сегодня она находится в катастрофическом положении. Вследствие того, что прокуратура, во-первых, неправильно относится к выполнению своих обязанностей - поддержание государственного обвинения. Во-вторых, она неадекватно воспринимает судебные решения, безосновательно критикует их и позволяет комментировать в недопустимой, непрофессиональной форме. Это, наверное, желание понравиться обществу, сыграть на чувствах, на ура-патриотизме. Подобными высказываниями прокуратура пытается скрыть свой непрофессионализм, неграмотность, неумение работать.

Откуда все это идет? От незнания и непонимания задач и функций прокуратуры. Если прокуратура обращается в суд с ходатайствами о применении меры пресечения, с обвинительными актами, осуществляет другие полномочия в соответствии с законом «О прокуратуре», то должна открыть Уголовный и Уголовный процессуальный кодексы и прочитать, как это делается. Ведь просто подать ходатайство - мало, нужно обосновать его надлежащими и допустимыми доказательствами.

Однако, ни раньше, ни сегодня прокуратуре почему-то не всегда удается аргументировать свою позицию.

Судьи не отказываются рассматривать ходатайство, обвинительные акты на основании данных, которые профессионально собраны органами предварительного расследования и проверенные процессуальным руководителем. Суд должен заходить в зал заседаний и молча сидеть и слушать обе стороны, а не устранять погрешности, допущенные государственным обвинителем или защитниками за их некомпетентность. Фактически в некоторых ситуациях суду приходится выполнять функции сторон процесса. Сегодня прокуратура не готова к состязательности сторон.

- Вы имеете в виду, что прокуратуре не хватает доказательств, чтобы аргументировать свою позицию в суде?

- Да, и таких случаев много. Честно говоря, в 50% судебных заседаний прокурор не может отстоять и обосновать свою правовую позицию средствами, предусмотренными законом. Вы знаете, какое большое количество обвинительных актов возвращается процессуальным руководителям для приведения их в соответствие с требованиями УПК? Такое впечатление, что прокуроров никто не учит, по каким правилам нужно проводить досудебное расследование, процессуальные требования должны быть соблюдены.

- Это касается и ходатайства, которое суд рассматривал 6 марта? Прокуратура не справилась, так сказать, с экзаменом на применение норм УПК?

- После объявления следственным судьей постановления представитель прокуратуры в комментариях журналистам заявил: они изучат постановление, обжалуют его и предоставят суду апелляционной инстанции доказательства о наличии рисков, подозреваемый может предпринять такие действия, чтобы препятствовать уголовному производству: скрываться от органа досудебного расследования, незаконно влиять на свидетелей, пострадавшую и тому подобное. Извините, но у меня возникает вопрос: что мешало прокуратуре привлечь эти доказательства к ходатайству о применении меры пресечения, которое рассматривал следственный судья Голосеевского райсуда? Объясню, почему у меня возник именно такой вопрос.

Мы ожидали, что рассмотрение ходатайства Генерального прокурора о применении в отношении судьи Вовка меры пресечения в виде содержания под стражей привлечет внимание общества и представителей СМИ. Однако столь пристальное внимание никак не повлияла на суд: к рассмотрению данного ходатайства не было особого подхода, отношение к нему было таким же, как к остальным ходатайствам.

Так, согласно ст.177 УПК при рассмотрении ходатайств о применении каких-либо мер пресечения основанием для этого является совокупность двух факторов - наличие обоснованного подозрения в совершении лицом уголовного преступления и наличие рисков, которые дают достаточные основания следственному судье считать, что подозреваемый может прибегнуть к определенным действиям, а именно: скрываться от органов досудебного расследования; уничтожить, скрыть или исказить любую вещь или документ, которые имеют существенное значение для установления обстоятельств уголовного правонарушения; незаконно влиять на участников уголовного производства; препятствовать уголовному производству иначе; совершить другое уголовное преступление или продолжить уголовное преступление, в котором подозревается, обвиняется.

Если при рассмотрении ходатайства в судебном заседании прокурор не докажет наличие одного из этих факторов, то такое ходатайство удовлетворению не подлежит.

К тому же, в ст.184 УПК говорится: в ходатайстве прокурор должен не только перечислять риски, но и изложить обстоятельства, на основании которых следователь, прокурор пришел к выводу о наличии одного или нескольких таких рисков, указанных в его ходатайстве, с ссылкой на материалы, подтверждающие эти обстоятельства. Кроме этого, он должен обосновать невозможность избежания рисков, указанных в ходатайстве, путем применения более мягких мер.

Например, доказательством может служить тот факт, что лицо снимается с регистрации по постоянному месту жительства, продает имущество, приобрела билеты для выезда в другую страну и тому подобное.

Доказательством уклонения от явки в органы предварительного расследования может быть, например, рапорт следователя, который вызвал подозреваемого на определенную дату для проведения процессуальных действий, а тот не явился. Факт неявки или уклонения нужно зафиксировать в процессуальный способ.

При рассмотрении упомянутого ходатайства в судебном заседании прокурор категорически утверждал, что у органа предварительного расследования отсутствуют какие-либо доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении подозреваемого скрыться от органов предварительного расследования. Отсутствуют и факты уклонения подозреваемого от явки к следователю, прокурору для проведения процессуальных действий. К тому же прокурор заявил об отсутствии доказательств того, что подозреваемый осуществляет давление на свидетелей, пострадавшую.

Одного лишь указания в ходатайстве того, что подозреваемый будет пытаться скрыться от органов предварительного расследования и суда или совершать другие действия, недостаточно, это только предположение. Все это должно подтверждаться и обосновываться соответствующими доказательствами. Их прокуратура пообещала предоставить суду апелляционной инстанции. Почему же следственный судья по Голосеевского райсуда не получила таких материалов?

«К сожалению, и в суде, и в прокуратуре, и в милиции существует прослойка непрофессионалов, которые случайно попали в эти органы».

- По вашему мнению, прокуратура пренебрегает нормами УПК?

- Да, это часто случается. Если прокуратура бессознательно допускает такие процессуальные ошибки, то это по незнанию и непрофессионализму. Если же сознательно, то это уже манипуляция общественным мнением и злоупотребление своими правами.

- Как бороться с этим явлением?

- Только с помощью процессуальных рычагов. Судьи должны принимать решения в соответствии с законом. Они должны выложить в решении всю аргументацию, чтобы каждому было понятно, почему суд пришел к тому или иному выводу.

- Сегодня общественности, пожалуй, больше нравится то, что делает и о чем говорит прокуратура ...

- Самая большая беда в нашей стране - нежелание поставить себя на место других людей, разобраться с проблемами, которые возникли. Изменения нужно начинать с себя. И не кричать: «Посадить», «Расстрелять!» Важно не поддаваться на провокации и манипуляции, не идти на поводу у кого-то. Необходимо сесть, прочитать, подумать, а потом уже делать определенные выводы. Криками изменения невозможно провести. К сожалению, и в суде, и в прокуратуре, и в милиции существует прослойка непрофессионалов, которые случайно попали в эти органы. Однозначно, что представители всех этих органов должны пройти переаттестацию.

- Суды принимают законные решения. А прокуратура в отдельных случаях продолжает пренебрегать нормами УПК. И часто в проигрышном положении оказывается НЕ прокуратура, а суд. Все потому, что представители прокуратуры комментируют решение суда, а обладатели мантий убегают от журналистов. Естественно, у граждан формируется мнение: если судья убегает, значит, ему есть что скрывать, и они становятся на сторону прокуратуры. Как с этим быть?

- Многие граждане не знают, какие основания являются достаточными для применения меры пресечения, каков порядок рассмотрения ходатайства, что должен доказать в судебном заседании прокурор, какие доказательства должна предоставить сторона защиты. Они черпают информацию не из КПК, а со слов стороны защиты или обвинения.

Так, ст.178 УПК определены обстоятельства, которые суд должен учесть при применении меры пресечения. Их целый ряд. Суд должен оценивать их в совокупности. Так было сделано и при рассмотрении упомянутого ходатайства Генерального прокурора. Однако журналисты вырвали из контекста постановления слова о том, что судья только учла положительную характеристику и прочные социальные связи Сергея Вовка.

Поэтому у общества формируется мнение, что судья учла только эти обстоятельства. Никто не освещает позицию прокуратуры, представленную в судебном заседании. Почему-то никто не говорит о том, что прокурор по просьбе следственного судьи обосновать имеющиеся риски препятствования уголовном производству, невозможность применения в отношении подозреваемого более мягкого пресечения не смог предоставить соответствующих доказательств. Более того, он сообщил, что у него, и в материалах уголовного производства такие доказательства отсутствуют. Почему молчат о случившемся?

- Возможно, судьям нужно об этом говорить? Не вдаваясь в комментирования решение, разъяснить, какие обстоятельства учел суд и почему пришел к такому выводу?

- Судебной системе нужно работать над созданием пресс-центра. Озвучивать позицию суда должен пресс-секретарь, который не оценивал решение суда, а растолковал его.

«Меня удивляет избирательность прокуратуры в расследовании уголовных производств».

- Не боитесь, что в связи с решением, которое принял следственный судья, завтра прокуратура может прийти с обыском в Голосеевский райсуд?

- Мы готовы ко всему. Не исключаю, что события могут развиваться следующим образом. Но мы не боимся, если в суд придет прокуратура. Мы соберем собрание судей, обратимся в Совет судей и будем требовать созыва внеочередного съезда судей. Мы должны выслушать мнения всех делегатов о нынешней ситуации. Инструментов влияния на другие ветви власти у нас нет. Мы не имеем права бастовать, не рассматривать дел. Единственный выход - принимать решения в соответствии с законом, не поддаваться на провокации и ничего не бояться. Останавливать правосудие - это не выход из ситуации. Почему граждане должны страдать из-за того, что нас кто-то давит? Мы будем выходить в зал судебных заседаний и осуществлять правосудие. Мы же дали присягу. Если суд не останавливал работы, когда в Киеве стреляли, горели шины, бросали коктейли Молотова, не поддался давлению толпы, ни одного решения не принял ему в угоду, то и теперь мы выстоим.

Страха у меня нет, потому что события, которые произошли в 2001г., когда я была судьей Печерского районного суда Киева, закалили меня. Произошло это так. Я решала вопрос об обеспечении гражданского иска Юлии Тимошенко в Генеральную прокуратуру о том, что ей препятствуют в свободном передвижении по территории Украины. Напомню: в 2001г. Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело в отношении Тимошенко, к ней была применена мера пресечения - подписка о невыезде. Это не давало возможности ей свободно передвигаться по территории страны и осуществлять предвыборную кампанию. Я приняла решение об обеспечении иска до рассмотрения дела по существу, остановив действие подписки о невыезде.

В результате Генпрокуратура возбудила уголовное дело в отношении меня. Меня подозревали в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.364 и ч.2 ст.375 УК. Я ходила в ГПУ на допросы. Все гражданские и уголовные дела, которые находились в моем производстве, стали предметом тщательного изучения Генпрокуратурой. В результате уголовное дело закрыли. Квалификационная комиссия не нашла в моих действиях даже признаков дисциплинарного нарушения.

В связи с этой ситуацией я 1,5 года не имела полномочий (В 2002г. 5-летний срок, на который я была назначена судьей, истек). Перед тем как вопрос об избрании меня на должность судьи бессрочно должен был рассматриваться в Верховной Раде, народные депутаты получили письмо Генерального прокурора, в котором говорилось, что я недостойна быть избранным судьей бессрочно. Несмотря на это, 405 народных депутатов проголосовали за избрание меня судьей бессрочно. Ведь настоящие парламентарии должны отвергать личные претензии и комплексно оценивать работу судьи.

- Очевидно, вы получили такой результат, ведь не уступили, выдержали прокурорский давление ...

- Да. Судьям свойственна выдержка. Без стальных нервов в суде делать нечего!

- Значит, благодаря горькому опыту вы теперь знаете, на что способна прокуратура.

- Я знаю, какой реакции можно ожидать от прокуратуры. Ее методы давления на судей остаются неизменными. Первое, к чему она может прибегнуть, - это громкие заявления в средствах массовой информации. Не исключено, что на судей выливать грязь, безосновательно обвинять во всех грехах. Это игра на публику, манипуляция общественным мнением. Ведь прокуратура не вдаётся в объяснение ситуации, не рассказывает подробностей, не обосновывают собственной точки зрения, наконец, не говорит, что на самом деле произошло, а делает обычный информационный вброс - обвинение судебной системы. Досадно, но обычно масс-медиа поддерживают такие манипуляции и не хотят разбираться, что на самом деле происходило: какое ходатайство рассматривалось, как каждая из сторон процесса аргументировала свое мнение, что суд принял во внимание, а что отверг. Поэтому первым может быть информационная реакция - атака в СМИ. Как вариант следующего шага - прокуратура придет в суд с обыском. Могут и уголовное производство открыть ... Такой сценарий используют, чтобы оправдаться перед кем-то, скрыть собственное бессилие.

Меня удивляет избирательность прокуратуры в расследовании уголовных производств. Я лично обращалась к прокурору Киева с заявлением о совершении уголовного преступления судьей Голосеевского райсуда. Она вмешивалась в осуществление правосудия и пыталась получить информацию о времени и месте проведения следственных действий (в частности обысков) в конкретном уголовном производстве. Я сообщила об этом прокуратуру, данные по моему заявлению были внесены в ЕРДР. На какой стадии досудебное расследование теперь - мне неизвестно. Загадкой остается и то, почему прокуратура не осветила этот факт.

Как видите, система готова к самоочищению. Сами судьи готовы назвать имена тех, кто не достоин вершить правосудие. Другие органы, видимо, к этому не готовы.

«Позиция Председателя ВС - ошибочна. Это было непрофессиональное решение»

- Наверное, не только прокуратура доставляет хлопот судебной системе ... Как судейское сообщество отнеслось к тому, что председатель Верховного Суда Ярослав Романюк поддержал представление Генпрокурора о предоставлении согласия на задержание и арест трех судей Печерского райсуда?

- Это его право - поддерживать или нет. Сначала, конечно, такое решение Председателя ВС чисто по-человечески вызвало возмущение. Прочитав постановление следственного судьи в деле о рассмотрении ходатайства Генпрокурора, я сделала вывод, что позиция Председателя ВС - ошибочна. Не допускаю и мысли, что здесь было что-то личное. Но в том, что это было непрофессиональное решение, нет сомнений. Поскольку, прежде всего,  судья, принимая любое процессуальное решение, предусмотренное законом, должен изучить предоставленные материалы. На основании этих материалов прийти к тому или иному выводу. Учитывая материалы, собранные и предоставленные суду прокуратурой, заключению, который сделал Председатель ВС, сложно было прийти. Мы не согласны с его позицией. Можно же было собрать судей Судебной палаты по уголовным делам, посоветоваться с ними относительно обоснованности ходатайства Генерального прокурора, дать оценку обстоятельствам, изложенным в ходатайстве и материалам. Считаю, что при решении таких важных вопросов, как реагирование на ходатайство Генерального прокурора об аресте судьи, должно учитываться мнение коллектива, а не одного человека.

В связи с этой ситуацией на поверхность всплыла еще одна проблема. После вступления в силу нового УПК мы ни разу не слышали мнений ВС по поводу того, как рассматривать ходатайство о применении мер обеспечения уголовного производства. Я понимаю, что подобные категории дел не доходят до ВС. А ведь можно было бы судьям ВС собраться, пригласить нас и спросить, какие трудности возникают при применении КПК и рассмотрении соответствующих ходатайств. Нас - суды первой и второй инстанций - оставили с этой проблемой один на один.

- Сегодня служителей Фемиды обвиняют в том, что они не хотят очищаться. Готовы судьи пройти люстрацию?

- Конечно, мы готовы, не отказываемся. Однако возникают сомнения, соответствует закон «Об очищении власти» Конституции. В ноябре прошлого года ВС обратился в КС, чтобы он проверил на соответствие Основному Закону отдельные положения упомянутого акта. Мы ждем. Почему заключения КС до сих пор нет, неизвестно. Есть распоряжение Кабинета Министров, в декабре 2015 нужно провести люстрационную проверку. Собрание судей Голосеевского райсуда единогласно поддержали такое решение: пока КС не даст своей оценки, пока ВР не приведет нормы закона в соответствие с рекомендациями Венецианской комиссии, мы не будем проводить люстрационную проверку.

- Как относитесь к прохождению судьями первичного квалификационного оценивания, предусмотренного законом?

- Положительно. Главное, чтобы оно проводилось объективно, беспристрастно и в соответствии с требованиями международного права, закона. Судьи должны пройти независимое анонимное тестирование. Я согласна с тем, что не все судьи достойны носить мантию. Половину судей нужно переаттестовывать на предмет знания материального и процессуального права. А еще их следует проверить на стрессоустойчивость, психологическое давление, потому что не каждый сможет выполнить требования закона и не поддаться влиянию, когда под судом палят шины, люди в балаклавах врываются в залы судебных заседаний и требуют от суда принятия решения, которое бы их удовлетворило. Оценка судейских знаний не должна зависеть от мнения посторонних лиц.

- По вашему мнению, почему суды подвергают сокрушительной критике?

- Суды рассматривают большое количество дел. Но в поле зрения общественности попадают только «избранные» дела. Это все - месть отдельных людей, желание поставить на колени непослушных судей. По моему мнению, люди, которые достигли заоблачных высот в политике, не должны опускаться до личной мести. Они должны отстаивать права в установленный законом способ, а не любой ценой пытаться унизить судей. В конце концов, запущенный ними бумеранг мести к ним же и вернется.

- Вы считаете, что издевательство над судебной системой скоро закончатся?

- Да. Нас не уничтожат. Ведь без судебной власти не будет государства.

- Не кажется ли вам, что сегодня для судей специально создают невыносимые условия, чтобы они сами шли из системы?

- Возможно, такой психологический прием и применяется. Но мы не пойдем. Не нужно уничтожать суды, списывать на них собственное бессилие.

- Но не все готовы стоять до последнего.

- Я убеждена в одном: в окопах НЕ отсидится никто, достанется каждому. Поэтому всем судьям необходимо сплотиться, не бояться шантажа, угроз, давления, запастись терпением. Нам нужно быть мужественными, чтобы отстоять судебную систему. Уверяю вас: Голосеевский районный суд Киева будет работать. Несмотря ни на что, мы будем осуществлять правосудие.

Сегодня сон разума породил пренебрежение к судебной системе. Нам всем необходимо проснуться и высказать собственное мнение, а не питаться информацией, которую подбрасывают политики. Мы должны вылечить общество, которое заразилось правовым нигилизмом. Собственным примером. Законными судебными решениями.

comments powered by Disqus
TOP