РЕФОРМА МЕСТНЫХ ПРОКУРАТУР ГЛАЗАМИ ЗАИНТЕРЕСОВАННЫХ СТОРОН

09:30, 02.03.2016
  • 3323
  • 1
  • 0

Проведение конкурса на занятие должностей руководителей местных прокуратур, их первых заместителей и заместителей c самого начала сопровождалось скандалами. Апогеем, конечно же, стало собеседование с претендентами на административные должности, которое показало истинное лицо реформы прокуратуры – субъективность и протягивание удобных кандидатов.

Результаты конкурса – сохранение действующей коррумпированной системы, ее легитимация, углубление профессиональной деградации прокуроров, профанация обещанного кадрового обновления и множество судебных исков со стороны прокуроров о превышении полномочий конкурсных комиссий, нарушении ими порядка проведения конкурса и несоблюдении законных прав сотрудников прокуратуры.

Исходя из этого, логично возникает вопрос, а что, собственно, дальше? Для ответа на него необходимо, во-первых, дождаться всех судебных решений, которые уже сейчас ставят под сомнение легитимность конкурса, и, во-вторых, рассмотреть мнение организаторов, членов комиссий и участников данного отбора.

Заявления от официальных лиц

Начнем с того, что подводить итоги о ходе проведения и результатов конкурсного отбора руководителей «обновленных» местных прокуратур вышел презентовать не Генеральный прокурор Виктор Шокин, не грузинский реформатор Давид Сакварелидзе, не один из других замов Генпрокурора, а «голос Шокина» – прокурор ГПУ Владислав Куценко, который, как правило, выступает тогда, когда нужно отмазать шефа и ведомство от всяких передряг. Это красноречиво говорит о том, что руководство ГПУ осознает провал реформы и не готово к шквалу общественной критики.

Явно чувствуя себя не в своей тарелке, Владислав Куценко сообщил о завершении конкурса на занятие вакантных должностей руководителей местных прокуратур и об успешном выполнении задач, возложенных на Генеральную прокуратуру Украины. Кроме того, он отметил огромный вклад заместителя Генерального прокурора Давида Сакварелидзе в проведение и организацию конкурса. Вот только эти слова прозвучали не как благодарность, а как перевод стрелок, мол, вот он истинный виновник провала реформы прокуратуры – с него и спрашивайте. Ведь именно на его ведомство – управление реформ и обеспечение качества работы ГПУ – было возложено задание проведения реформы местных прокуратур.

По мере приближения окончания конкурса верхушка ГПУ все больше и больше пыталась абстрагироваться от его результатов. Так, первый заместитель Генерального прокурора Украины Юрий Севрук, комментируя то, что ни один внешний кандидат не был удостоен назначения на должность руководителя местной прокуратуры, просто сказал, что внутренние кандидаты показали лучшие результаты. Его не смутило то обстоятельство, что привлечение внешних кандидатов и обновление местных прокуратур было одной из главных задач проводимой реформы.

Сам Виктор Шокин в своих выступлениях не комментирует проблем с проведением открытого конкурса на занятие административных должностей в местные прокуратуры. Он предпочитает сухую констатацию фактов.

Так, например, Шокин скромно рассказал комитету Совета Европы о завершении 1-го этапа реформы - создание местных прокуратур, назначение их руководителей, которые прошли четырехуровневую конкурсную процедуру отбора кандидатов для занятия административных должностей в новосозданных местных прокуратурах и очертил дальнейшие шаги по реформированию прокуратуры.

В общем, расчёт консервативного крыла ГПУ состоит в том, что общественность и недовольные прокуроры поговорят-поговорят, да и забудут, а караван прокуратуры как шел, так дальше и пойдет.

Куда более резкие в своих высказываниях о проведенной реформе местных прокуратур молодое крыло ГПУ, которое фактически и запустило этот процесс. Так, уже экс-заместитель Генерального прокурора Украины Виталий Касько заявил, что первоначальная идея реформирования прокуратуры, предложенная грузинской командой, имела все шансы на успех. Но по факту руководство ГПУ поставило команду Сакварелидзе в такие условия, которые и привели к провалу реформы местных прокуратур.

Касько также рассказал, что из-за ведомственных приказов ГПУ не были допущены на должности рядового прокурора местной прокуратуры юристы со стороны. На должность руководителя не было назначено ни одного внешнего кандидата из-за того, что большинство в каждой комиссии было контролируемым. В целом, вину за провал реформы местных прокуратур Виталий Касько возложил на Шокина.

Очевидно, речь идет о приказе Генерального прокурора Украины № 98, который был разработан не кем иным, как самим «грузинским реформатором» Давидом Сакварелидзе, которого так оправдывает Касько. Согласно одному из пунктов приказа, тестирование на занятие должностей прокуроров местных прокуратур для лиц без соответствующего опыта работы будет проводиться уже после назначения на конкурсные должности ныне работающих прокуроров, и исключительно в случае наличия вакансий.

Итак, приказ был издан еще 20 июля 2015 года. Почему же тогда Виталий Касько молчал о его деструктивности для обновления местных прокуратур и ничего не сделал, чтобы поменять ситуацию?

Кроме того, после первого и второго этапов тестирования Касько был удовлетворен результатами. Он отмечал достаточно высокий уровень знаний будущих прокуроров и то, что тестирование проходит очень спокойно, без каких-либо конфликтных ситуаций. И, как можно заметить, тогда о приказе Касько не вспоминал, а рассказывал о том, как все хорошо и прекрасно с прокурорским конкурсом в нашей стране.

Кроме этого, украинский младореформатор сказал, что проводить конкурс, используя такой подход на других уровнях нет никакого смысла. Он предложил сформировать на три года квалификационно-дисциплинарную комиссию прокуратуры из числа прокуроров стран западных демократий (например, стран ЕС, Канады и США), которая бы: 1) назначала прокуроров, проводила конкурс и подавала на подпись генпрокурору одного, а не нескольких, кандидатов; 2) принимала решения о повышении по службе; 3) занималась вопросами дисциплинарной ответственности прокуроров. По мнению Касько, это в конечном итоге обеспечит прокурорам независимость, так как никто их не накажет за невыполнение незаконных указаний выше.

Таким образом, Виталий Касько предлагает ввести в Украине внешние управление прокуратурой, что для страны с население в 45 миллионов человек является унизительным. Неужели украинский народ сам не может организоваться для того, чтобы решить свои проблемы и нам необходимо «зазывать варягов». Но судя по результатам реформы «грузинские варяги» нам не очень то и помогают.

Более мягкую позицию в «реформаторском» крыле занял инициатор и главное лицо реформы прокуратуры – заместитель Генерального прокурора Украины Давид Сакварелидзе, который после окончания конкурса и назначения руководителей местных прокуратур в своем Fb оценил положительные моменты и недочеты конкурса. Он отметил, что, не смотря на постоянное противостояние со стороны «антиреформаторских сил» (Сакварелидзе не уточнил кто именно эти силы, но очевидно речь идет о Генпрокуроре Викторе Шокине и его ближайшем окружении – Юрии Севруке, Юрии Столярчуке), ему и его команде все же удалось сдвинуть дело с «мертвой точки» – внедрен механизм конкурсного отбора прокурорских сотрудников; произведено сокращение более 2500 прокурорских сотрудников; была предоставлена возможность как внешним, так и внутренним рядовым кандидатам занять руководящие посты; общественные организации (как украинские, так и зарубежные) и общественность могли непосредственно и открыто наблюдать за ходом конкурса; использован механизм общественного контроля для отбора лучших кандидатов; создано управление реформ в структуре ГПУ.

Все это звучит, конечно, хорошо, но на практике все эти достижения оказались полумерами, которые не дали особых результатов.

Также Сакварелидзе обозначил и проблемные моменты – 1) состав конкурсных комиссий и порядок принятия решений о назначении руководителей местных прокуратур; 2) отсутствие четкого сигнала от правительства для внешних кандидатов; 3) низкий уровень доверия общества к открытым конкурсам в целом; 4) временная «миграция» экс-руководителей прокуратур, которые не прошли конкурс, в вышестоящие прокуратуры.

Самое интересное, что до самого окончания конкурса Давид Сакварелидзе подобных проблем не видел и после каждого этапа докладывал о том, как все успешно и хорошо проходит. Сакварелидзе рассказывал как хорошо продумано и организовано, и как такая реформа кардинально поменяет прокуратуру. Риторика грузинского «реформатора» поменялась только после повальной критики проводимой им реформы со стороны общества, экспертов и политиков. Почуяв «запах жаренного», он сразу начал переводить стрелки на антиреформаторов, хотя за реформу отвечал именно он.

Не можем мы обойти стороной первый проблемный момент, обозначенный Сакварелидзе. По его мнению, состав конкурсных комиссий был плохим. Видимо, именно этим можно объяснить прогулы заседаний конкурсных комиссий самим Давидом Сакварелидзе. Ведь правильно, если комиссия плохая, то зачем ему туда ходить?! Результатом прогулов грузинского «реформатора» стал судебный иск на действия конкурсной комиссии Киевского регионального центра тестирования, которая приняла решения о рекомендации на должность руководителя Винницкой местной прокуратуры троих кандидатов при отсутствии кворума. Таким образом, сам «реформатор» запустил процесс дискредитации своего детища. Браво!

Для решения возникших проблем грузинский «реформатор» предложил сформировать международный совет американских, европейских и канадских прокуроров и передать им все полномочия по отбору сотрудников на руководящие и рядовые должности. Для этого необходимо: внести несущественные изменения в Закон Украины «О прокуратуре»; получить политическую поддержку президента, парламента и правительства, а также поддержку со стороны гражданского общества и международных организаций; гарантии передачи всех процессов по отбору в руки профессионалов в лице наших западных партнеров; гарантии уверенности в завтрашнем дне для участников конкурса. В общем, Давид Сакварелидзе констатировал, что система сама меняться не хочет и для ее изменения нужно внешнее руководство в лице западных партнеров, которые получат карт-бланш на проведение дальнейших конкурсов.

Таким образом, до поднятия шумихи вокруг реформирования местных прокуратур и проведения «объективного» конкурса Давида Сакварелидзе все устраивало, а когда начались проблемы он принялся спасать свою шкуру.

С одной стороны, попытался очертить позитив, ну и, конечно же, согласился с негативными моментами, которые, по его мнению, все же можно исправить. Но по сути, его предложения сводятся к сдаче реформы и к перекладыванию ответственности за провалы в её проведении.

Впечатления членов комиссий

Член Одесской конкурсной комиссии Александр Остапенко (депутат Одесского городского совета) высказал двоякое впечатление о конкурсе. Во-первых, его ожиданий не оправдали внешние кандидаты, которые, по его мнению, явно проигрывали внутренним. Но, не смотря на то, что комиссия отдавала предпочтение действующим сотрудникам прокуратуры, по словам Остапенко, они не пропустили тех, кто дискредитировал себя на должности прокурора.

Во-вторых, он констатировал, что произошла ротация прокуроров из разных областей. В Одесской области были и кандидаты из Винницы, Николаева, которые попали в шестерку финалистов. Остапенко сказал, что все материалы, которые обсуждала общественность касательно участников конкурса, были озвучены на заседании комиссии, кандидатам задавались неудобные вопросы, и самых одиозных (правда кого именно данный член конкурсной комиссии не уточнил) из них данная комиссия не пропустила.

Таким образом, по мнению Александра Остапенко, выбрать после работы его комиссии Генпрокурору было из кого. Он считает, что конкурс – это нужный шаг, который приближает прокуратуру к прозрачности.

Адвокат Татьяна Зелькина – член Харьковской конкурсной комиссии заявила, что фактически нынешний работник прокуратуры объективно лучший среди конкурсантов. По ее словам, сложилась ситуация, что в большинстве прокуратур рекомендовали на должности тех, кто ранее занимал руководящие должности, из-за отсутствия альтернативы. Она рассказала, что некоторые внешние кандидаты не могли ответить на элементарные вопросы. К примеру, не могли расшифровать, что такое ЕРДР или объяснить, что такое процессуальное руководство. То есть, их уровень подготовки был крайне низкий, что и подтолкнуло комиссию отдавать предпочтение действующим прокурорским работникам. Не последнюю роль в данном вопросе сыграло и отсутствие гарантий адекватной оплаты труда прокуроров со стороны власти. Ведь какой смысл успешному юристу оставлять свою практику и идти работать в прокуратуру? Вот и было среди внешних кандидатов большинство нереализованных людей, далеко не лучших в совей профессии.

По словам Зелькиной, их комиссия не рекомендовала одиозных прокуроров (правда кого именно из одиозных госпожа Зелькина не уточнила). Она отметила также то, что проблемой стало отсутствие возможности, чтобы комиссия не рекомендовала ни одного из кандидатов и инициировала проведение нового конкурса или имела бы возможность выбирать из так называемых мобильных кандидатов. В связи с этим Зелькина считает, что в реализации этой реформы была неуместной спешка, но в тоже время она также считает, что этим конкурсом сделан первый шаг, который не должен стать завершающим.

Секретарь Львовской конкурсной комиссии по проведению открытого конкурса Денис Монастырский заявил, что полной перезагрузки системы прокуратуры не произошло из-за отсутствия управленческого опыта (не только в органах прокуратуры) у внешних кандидатов. В то же время он отметил и преимущества конкурса: возможность рядовых сотрудников прокуратуры, которые никогда не были первыми руководителями, стать таковыми; впервые внешние кандидаты смогли на равных конкурировать с прокурорскими; кадровые вопросы руководителей местных прокуратур впервые решались открыто; впервые к решению кадровых вопросов были допущены посторонние для прокуратуры люди – представители парламента (адвокаты, общественные деятели, народные депутаты); факты непристойного поведения, злоупотребления алкоголем, грубое отношение к гражданам или подчиненным стали при обсуждении кандидатур важным и зачастую решающим фактором в рекомендации кандидата на руководящую должность в прокуратуру. Кроме этого, Монастырский отметил пассивность общественности в сборе информации о кандидатах.

К недостаткам отбора Денис Монастырский отнес: недостаточную рекламную кампанию открытого конкурса; отсутствие гарантий достойных зарплат, что обусловило крайне низкую активность внешних кандидатов; отсутствие возможности перехода кандидатов из одного рейтингового списка в другой после проведения основных тестовых этапов, что не дало возможности лучших по стране распределить на руководящие должности в другие регионы; отсутствие проходного балла, который мог бы стать предохранителем от неквалифицированных кандидатов; медлительность процедуры назначения руководящего состава местных прокуратур; отсутствие достаточного времени для сбора информации о кандидатах; состав конкурсных комиссий (четыре представителя от прокуратуры, три представителя от парламента), который способствовал тому, что прокуроры, как правило, единодушно поддерживали прокуроров, даже если прокурорские кандидаты имели существенные «грешки» на руководящих должностях в прошлом; назначение народных депутатов в состав конкурсных комиссий, из-за которых часто не было кворума.

Мнения участников конкурса

Более красноречиво высказываются о конкурсе сами участники. На сайте «Баклажан» был проведен опрос из пяти вопросов:

1) Принимали ли вы участие в конкурсе на занятие вакантных должностей?

2) Доверяете ли вы официальным результатам конкурса?

3) Какую из форм конкурса вы считаете проведенной честно (без нарушений)?

4) Возможно ли посредством только тестирования (1, 2, 3-й этап) в действительности реформировать органы государственной власти?

5) Согласны ли вы, что решающий голос в выборе претендентов на должность должен принадлежать комиссии (4-й этап)?

В голосовании были задействованы 1338 (87,15%) участника конкурса и 171 человек (12,85%), которые не участвовали. Результаты опроса показали (по состоянию на 29 февраля), что 64,46% (849 человек) не доверяют официальным результатам конкурса, а 35,54% (468 человека) - доверяют. 85,82% (1041 человек) считают, что честным (без нарушений) было только тестирование за компьютерами (1, 2, 3 этапы). Всего лишь 8,24% (100 человека) считают, что собеседование было проведено честно, а 5,94% (72 человек) считают, что без нарушений были проведены обе составляющие конкурса. Большинство опрошенных 69,73% (894 человек) считают, что посредством только тестирования (1, 2, 3-й этапы) реформировать органы государственной власти невозможно, а 30,27% (388 человек) – считают подобное возможным. 75,98% (971 человек) не согласны с тем, что решающий голос в выборе претендентов должен принадлежать комиссии (4-й этап), а 24,02% (307 человек) – думают наоборот.

Таким образом, большинство не доверяют официальным результатам конкурса, более объективными считают первые три этапа, четвертый же, по мнению опрошенных, является субъективным, нивелирующим все предыдущие этапы, когда лидеров опустили в середину списка, а отстающих (как правило, с очень низкими результатами) перетянули на проходные места.

Все отметили, что комиссии, состоящие в основном из представителей системы, пропускали только заангажированных «опытных» прокурорских работников.


Претензии со стороны претендентов продолжают нарастать и находить отклики в конкретных судебных решениях. Оспаривание результатов в судах уже прошли в Одесской, Винницкой, Киевской, Днепропетровской областях. И оснований у них масса – от отсутствия кворума и нарушения Порядка проведения конкурса, до нарушения конституционных прав конкурсантов. Суд, как правило, признает противоправными и отменяет решения конкурсных комиссий, но он не имеет полномочий и возможность обязать Конкурсную комиссию провести повторное собеседование, так как подобное не предусмотрено ни Порядком, ни Законом Украины «О прокуратуре». Таким образом, несмотря на позитивные решения суда, разрешение подобного спора предусматривает обращение к политической воли либо руководства ГПУ, либо руководства страны. Ни те, ни другие, скорее всего не пойдут на отмену результатов конкурса, так что, справедливости участники конкурса вряд ли добьются.

Несмотря на начавшуюся работу местных прокуратур, порядок работы органов прокуратуры не поменялся. Остались бесконечные и внеправовые так называемые «контроли» (задания и поручения, направляемые вышестоящими прокурорскими инстанциями к нижестоящим, ограниченные временем для их выполнения, иногда устного характера); работа на показатель (особенно в отношении коррупционных преступлений, уровня преступности в регионе и т. д.); непропорциональное распределение нагрузки между рядовыми прокурорами; загруженность прокуратуры мелкими преступлениями. Сетуют прокуроры и на сложности функционирования новой, объединенной прокуратуры. То есть, реформа не только не привела к обновлению прокуратуры и прозрачности назначения руководителей, но и не поменяла качество работы самой системы.

О том, что реформа прокуратуры проводится для ее уничтожения, заявил в недавнем интервью прокурор Запорожской области Александр Шацкий. По его мнению, оптимизация структуры местных прокуратур была сделана не для удобства граждан. «Скажем так, а реформы во имя чего? И для чего. Если в районе был прокурор, который мог принимать решения и так далее, сегодня в этом районе остался начальник отдела, который не имеет никаких процессуальных прав. И для решения простой жалобы надо всё это возить за 100-150 километров в область, чтобы там наложили резолюцию. Если это реформа во имя простого человека, налогоплательщика…», – отметил он.

Экс-первый заместитель генпрокурора Украины Николай Голомша считает, что реформу прокуратуры нельзя отделять от общего контекста системных преобразований в обществе, иначе она ничего принципиально нового не принесет.

Экспертные оценки и мнения политиков

Подводя итоги реформирования местных прокуратур почти все эксперты, юристы и аналитики сходятся во мнении о ее полном провале. Они заявляют, что проведенный конкурс и последующие назначения так называемых новых прокуроров – всего лишь имитация изменений и перетасовка старых кадров.

Абсолютный крах реформы и неэффективность потраченных на нее средств отмечает эксперт Международного центра перспективных исследований Сергей Кищенко. «Можно с уверенностью утверждать, что реформа прокуратуры провалена, а миллионы, потраченные на нее, просто выброшены. И вопрос даже не в том, что не прошло обновление кадров, а в том, что система, построенная Кучмой и Януковичем, дальше будет использоваться представителями власти как инструмент для достижения политических и бизнес-целей», – заявляет он.

По мнению эксперта Центра политико-правовых реформ Александра Банчука, эффективного обновления кадрового состава местных прокуратур в Украине не произошло, а конкурс на занятие должностей в местных прокуратурах себя не оправдал, ведь фактически не было назначено ни одного нового руководителя местной прокуратуры. Одной из причин такого положения вещей - то, что условия проведения конкурса прокуроров изначально не способствовали полному обновлению прокурорских кадров из-за проведения конкурса в летний период, требования пяти лет стажа в юридической сфере, а также низкая заработная плата. Это говорит о том, что руководство Генпрокуратуры было изначально не заинтересовано в обновлении местных ее подразделений.

Относительно самой реформы, то, по словам Банчука, на самом деле она еще не состоялась – большие надежды эксперт возлагает на повышение профессионализма прокуроров, а также плодотворную работу антикоррупционной прокуратуры.

Низкий уровень зарплат как основную причину незаинтересованности внешних кандидатов в конкурсе назвал и адвокат, заместитель председателя Временной специальной комиссии по проверке судей общей юрисдикции Маркиян Галабала.

Не увидел обновления прокурорских кадров и лидер политической партии «Народный контроль» и журналист Дмитрий Добродомов. «О какой реформе идет речь, я не могу понять? Последняя реформа закончилась тем, что 100% старых прокуроров стали новыми прокурорами. Вот и вся реформа» – считает он.

С жесткой критикой реформы местных прокуратур выступил и председатель правления «Центра противодействия коррупции» Виталий Шабунин. Он заявил, что реформа местных прокуратур не состоялась, ведь 95% победителей конкурса составляют старые прокуроры. Реформа прокуратуры сводится к имитации и использована для легитимизации действующих прокурорских элит. Главная причина этого – желание Генпрокурора Шокина сохранить старую коррумпированную, клановую и неэффективную систему.

Вину в провале реформы возложила на Виктора Шокина и член Харьковской правозащитной группы Галя Койнаш. В своем аналитическом докладе она заявила, что Генпрокурор Виктор Шокин саботировал последний раунд реформ в органах прокуратуры, из-за чего под видом новой дееспособной системы сохранилась старая. По ее мнению, «беспрецедентная реформа» – на самом деле оказалась лишь «косметическими» изменениями.

Эксперт констатировала разочарование в среде общественных активистов, которых фактически вытеснили из процесса реформирования прокуратуры. Она подчеркнула, что недоверие нарастает и в Украине, и в Евросоюзе.

В целом, мнение экспертов – едино. На протяжении полугода ГПУ проводила лишь имитацию реформы. Так называемый открытый конкурс – это лишь видимость и ширма. Об этом свидетельствуют то количество нарушений, которые имели место во время отбора, нескрываемые подтасовки с целью продвинуть нужных людей, а также выбор Генпрокурором из тройки лидеров руководителей местных прокуратур с огромным багажом коррупционных скандалов.

Многие политики также высказали разочарование проведенной реформой местных прокуратур.

Резко раскритиковал реформу местной прокуратуры в Украине народный депутат фракции «Самопомич» Егор Соболев. Он заявил, что реформа провалилась - коррумпированных сотрудников прокуратуры просто назначили на должности в других регионах. По его мнению, из-за неэффективной работы комиссий, произошла не реформа, а рокировка.

«Неудачной» назвал реформу прокуратуры и председатель Одесской ОГА Михаил Саакашвили. По его мнению, реформа не дала ожидаемого результата. Причиной недостаточного количества «новых кадров» является отсутствие доверия к руководству прокуратуры и низкая заработная плата, считает Саакашвили.

Ключевым вопросом в вопросе проведения реформы местных прокуратур является изменение принципов формирования конкурсных комиссий, где большинство должны составлять ученые, а также представители международных и отечественных неправительственных организаций, – считает народный депутат от фракции БПП Александр Грановский. «Только избавившись от влияния политиков, можно рассчитывать, что задача реформы – создать демократическую, профессиональную и самоуправляемую систему органов прокуратуры, которая в своей деятельности руководствуется исключительно Конституцией, законами и европейскими стандартами прав человека, – будет достигнута», - заявил он.

Реакция спонсоров

Относительно проведения реформы прокуратуры к Виктору Шокину больше всего вопросов задают ее главные «инвесторы» – США. Еще на этапе проведения тестирования во время скандала с проведением Генпрокуратурой служебного расследования относительно возможных нарушений требований бюджетного и иного законодательства при подготовке тестов для конкурсов на должности местных прокуроров, американцы возмутились и заявили, что расценивают внутреннюю проверку финансирования тестов в прокуратуре как попытку остановить и дискредитировать реформу прокуратуры.

Серьезность ситуации подтвердил с трибуны украинского парламента и вице-президент США Джо Байден во время своего визита в Киев в декабре прошлого года. Он не двузначно намекнул, что работа Генеральной прокуратуры Украины недостаточно эффективна и нуждается в проведении серьезных и незамедлительных реформ. А недавнее решение Президента Петра Порошенко попросить Генерального прокурора Виктора Шокина покинуть свой пост американский политик оценил положительно, заявив, что этот шаг открывает путь к реформе прокуратуры.

Такую же риторику продолжает и помощник госсекретаря США Виктория Нуланд, которая раскритиковала украинскую Генпрокуратуру, заявила, что это ведомство должно стать институтом, который служит украинским гражданам, а не вредит им.

О том, что старая команда ГПУ открыто и агрессивно усугубляет процесс реформирования, заявлял и посол США в Украине Джеффри Пайетт.

Совет Европы, говоря о необходимости проведения эффективных реформ, напомнил, что одно из обязательств, которые взяла на себя Украина является преобразование прокуратуры в современную прокурорскую службу.

«Народу Украины нужна прокуратура, которая функционирует независимо, согласно закону, преследует политику нулевой терпимости к коррупции и пользуется общественным доверием», - говорится в заявлении.

Председатель Консультативной миссии ЕС в Украине Калман Мижей, характеризуя в целом ход реформы местных прокуратур, подчеркнул, что одним из ключевых является вопрос достойной оплаты труда, потому что если ее не изменить, прокуроры будут искать источники посторонних доходов, что сводит на нет все реформаторские начинания.

Тем временем, пока активно обсуждаются результаты реформы местных прокуратур и обговариваются планы на дальнейшие этапы, в Украине по сути «потеряли» переданные США на тестирование 200 тысяч долларов США. Народные депутаты обратились к американскому Сенату с просьбой проверить, действительно ли ГПУ не получала эти деньги.

Таким образом, пока организаторы реформы пытаются оправдаться и предложить план дальнейших действий, а верхушка ГПУ делает вид, что все хорошо и ничего плохого не произошло, участники конкурсного отбора, эксперты, политики и западные партнеры/спонсоры сделали вывод о провале реформы, о ее бесплодности и даже вреде.

Без изменения всей системы, в первую очередь, верхушки ГПУ и отказа от политической зависимости прокуратуры никаких качественных изменений не произойдет. Хоть тысячу открытых конкурсов можно провести, но если нет политической воли руководства страны – не будет и результатов.

Исходя из этого, у «Прокурорской правды» есть несколько вопросов:

- уйдет ли в отставку Давид Сакварелидзе из-за провала своего детища, ведь он обещал в случае неудовлетворительных результатов реформы освободить занимаемую должность, или как раз таких результатов он и должен был достичь?

- руководство государства и руководители ГПУ так и будут продолжать жить в параллельной реальности, или все же адекватно оценят реформу и примут соответствующие меры (отмена результатов конкурса и проведение нового)?

- будут ли изменения в реформировании прокуратуры при смене руководства, или до политической независимости ГПУ про качественные изменения следует забыть?

comments powered by Disqus
TOP