«ТАК НИЗКО ШТИРЛИЦ ЕЩЁ НЕ ПАДАЛ»: КАК ГПУ «ПРОТЕРЯЛО» ВРЕМЯ НА САНКЦИИ ПРОТИВ "РЕЖИМА ЯНУКОВИЧА"

19:38, 28.03.2015
  • 2439
  • 283
  • 0

26 марта Петр Порошенко подписал распоряжение «О межведомственной рабочей группе по координации возвращения в Украину средств, полученных преступным путем бывшими высокопоставленными должностными лицами Украины». Согласно тексту документа, созданная структура должна "в двухмесячный срок проработать механизмы эффективного взаимодействия правоохранительных органов и центральных органов исполнительной власти по вопросам возвращения в Украину указанных средств". Фактически, это означает очередную отстрочку начала реальной работы по возвращению украденных активов, которая должна была активно начаться еще год назад, - пишет «ZN.UA»

Что должны были сделать в ГПУ

Санкции Совета ЕС в отношении высших должностных лиц Украины были введены в действие постановлениями Совета ЕС №208/2014 от 5 марта 2014 г. и №381/2014 от 14 апреля 2014 г. Некоторые ограничительные меры постепенно ввели власти Швейцарии, Лихтенштейна, Австрии, Великобритании, Нидерландов, Латвии, США, Канады, Австралии и Японии.

Украинской власти был дан условный год для того, чтобы доказать вину фигурантов санкционных списков в совершении преступлений против украинского народа. Украина не только не доказала вину — у государства до сих пор даже нет формализованных обоснованных претензий к большинству лиц из команды Януковича. В этом нас убеждают либо сами фигуранты санкционного списка, как то, Андрей Портнов, либо лица, выполнявшие управленческие функции, как то, Владимир Рыбак, а главное — факты: отсутствие уголовных дел, закрытые уголовные производства и — что более наглядно — третий Генеральный прокурор на Резницкой со времени Революции Достоинства. По традиции, уволенный руководитель ГПУ либо пересаживается в кресло советника президента, либо же получает слова благодарности от главы государства за мужественные решения о своей отставке.

Но мужество Генерального прокурора проявляется не таким образом.

Так, недавно в официальном журнале ЕС была обнародована информация об исключении из санкционных списков Андрея Портнова, Александра Якименко, Игоря Калинина и Николая Азарова. В отношении Януковича-младшего, Елена Лукаш, Дмитрия Табачника и Сергея Клюева ЕС продлил действие санкций только до 6 июня 2015 г. Событие анонсировали общественные активисты, журналисты, представители международных учреждений. Только ГПУ до последнего жила по принципам власти времен Януковича: опровергать сообщения общественности и избегать прямых ответов.

А получили «обіцянки-цяцянки»

Вместо объяснений Генпрокуратура отделалась очередным обещанием: 6 марта 2015 г. в ГПУ торжественно проинформировали, что ведомство обещает расследовать злоупотребления экс-чиновников, с которых были сняты санкции ЕС. Дословно в официальном сообщении указано, что «Генеральной прокуратурой Украины будет проводиться всестороннее и непредвзятое расследование уголовных производств в отношении бывших высокопоставленных должностных лиц и лиц из их окружения, независимо от принятых европейской стороной решений о применении персональных санкций». Вместе с тем в ГПУ подчеркнули, что «практика применения санкций новая для нашего государства и впервые применена Европейским Союзом по обращению Украины», и подчеркнули, что ни одно лицо не было исключено из санкционного списка в течение срока действия санкций (до 5 марта 2015 г.).

При этом, общество не проинформировано ни об одном чиновнике, ответственном за снятие санкций, то есть, за отсутствие действий по выполнению требований людей привлечь представителей так называемого «режима Януковича» к уголовной ответственности. Этим чиновником мог быть Олег Махницкий, возможно Виталий Ярема, или даже лицо уровня начальника следственного управления по особо важным делам ГПУ, но понятно, что такое физическое лицо существует.

Речь идет не о коллективной, а персональной ответственности за организацию выполнения установок президента и требований людей. Интересным выглядит сам процесс: ГПУ считает, что заверений в объективном расследовании по прошествии года для общественности будет достаточно.

Нет, господа, время раскрывать карты.

ГПУ, как орган, и непосредственно генеральный прокурор Украины, как руководитель, взяли на себя исключительную и полную ответственность за организацию и поддержку государственного обвинения в отношении чиновников прошлого режима. Должна была быть доказана вина всего ранее анонсированного списка.

Но дело это всё равно никому не отдадим

Здесь следует отметить, что ГПУ не была намерена делиться зоной контроля в вопросе возвращения активов и поддержки санкции с другими органами власти, общественными активистами, организациями.

Журналисты неоднократно проводили встречи с Махницким и его подчиненными: предлагали помощь международных организаций и мирового уровня фирм с безупречной репутацией, способных помочь в поиске активов, предоставляли материалы о преступлениях, озвучивали фамилии и факты в СМИ и на пресс-конференциях. И в то время, как рядовые сотрудники ГПУ просили помощи у общественности и организаций из-за даже физической невозможности охватить столь масштабный, даже более — беспрецедентный в истории Украины комплекс правовых проблем (просили, в частности, помочь с переводом текстов на английский язык), — в «высоких» кабинетах ГПУ высокомерно уверяли: «Нам помощь не нужна, у нас все хорошо».

Не надо было ходить к гадалке, чтобы предвидеть, чем закончится высокомерие. Высокомерие в конце концов исчерпалось, и уже ближе к концу 2014 г. прогнозы начали сбываться.

Только 11 августа, потеряв много времени, ГПУ наконец-то заключила соглашение с Базельским институтом управления о сотрудничестве с целью возвращения средств, «похищенных и вывезенных» Януковичем и его окружением, а 17 июля 2014 г. Кабмин своим постановлением №322 создал Межведомственную комиссию по вопросам возвращения в собственность государства средств и имущества, полученных вследствие коррупционных правонарушений. Согласно постановлению №322, заместителю Генерального прокурора Украины отводилась роль сопредседателя. Это означало запоздалое признание ГПУ того факта, что орган не справляется со своими обязанностями своими силами.

После назначения Махницкого, на должность заместителя Генерального прокурора (по вопросам международного сотрудничества) был назначен Виталий Касько, международник, координировавший работу Украины по линии поддержки позиции относительно санкций к высшим должностным лицам и линии поиска и возвращения активов Януковича и команды в Украину. С 2004 года  Касько был консультантом Совета Европы и других международных организаций в сфере уголовной юстиции и защиты прав человека, он автор и соавтор публикаций по проблематике возвращения преступных активов, взаимной правовой помощи по уголовным делам, защите свидетелей. Есть основания считать, что на этом направлении он работал при всех трех последних руководителях ГПУ.

Следует отметить, что общение с Генеральным прокурором и его подчиненными на тему возвращения активов и необходимости доведения до логического завершения уголовных дел в отношении представителей режима всегда происходило по одинаковой схеме. То есть, представители общественности предоставляли факты в подтверждение преступных действий того или другого чиновника, а в ГПУ обещали привлечь это лицо к ответственности. Беспокоило только то, что дела расходились с обещаниями.

Тем временем, один Генеральный прокурор попадал в объективы телекамер в момент теплых встреч с представителями этого самого режима; другой отгораживался от общественности заместителями, которые не могли объяснить происхождение миллионного состояния, появившегося за время пребывания на государственной службе, а ГПУ, как орган, упорно не замечала свободного передвижения по Киеву тех, кого обещала привлечь к уголовной ответственности. Это похоже на нехитрую игру: заявления о «целесообразности», «компетентности», «тайне следствия» или «непоступлении сообщения о совершении преступления» использовались как неубедительное обоснование собственной бездеятельности или некомпетентности.

Есть команда закрыть дело

Уголовные дела в отношении ряда лиц либо не возбуждались, либо же закрывались, как, например, в парадоксальном случае с Михаилом Добкиным. Напомним: тогдашний Генпрокурор Ярема заявил, что в деле по обвинению Добкина «была проведена фоноскопическая экспертиза, изучались заявления Добкина, которые он использовал на митингах, в ходе пресс-конференций, в СМИ, но экспертиза показала, что там нет состава преступления, а значит мы не можем привлечь человека к уголовному наказанию».

Но наличие состава преступления устанавливает не эксперт, а следователь, а виновность человека устанавливает суд. Кроме того, вероятно, прокуратуре не сообщали о фактах совершения Добкиным собственно незаконных действий, а не только высказываний.

Мы не дождались претензий со стороны власти ни к олигархам, которые «кровно» поддерживали режим, ни к десяткам тысяч мелких преступников, его обслуживавших. Нас уверяют, что вину за режим Януковича следует возложить на первых условных 10 лиц. Остальным либо предлагают написать заявления на увольнение, либо обещают люстрировать, либо оставляют в покое. О доказательстве вины и применении справедливого наказания почему-то речь не идет. 

Цивилизованные страны ввели политические и экономические санкции к отдельным представителям режима не по инициативе Махницкого или Касько.  И сегодня же, когда ЕС начинает снимать санкции с представителей команды Януковича, это означает, что прокуратура позволила себе поставить под вопрос достижения Революции Достоинства.

Европейские партнеры однозначно донесли до ведома Украины ограниченные сроки действия санкций, что означало необходимость немедленного расследования противоправных действий режима. Известно, что если речь идет о простом человеке, в Украине часто достаточно дня, чтобы сделать из него виновного: тут милиция, прокуратура и суд действуют во «взаимопонимании», которому можно позавидовать. Никто не призывает к правому нигилизму или нарушениям законодательства, но очевидно, что расследования в отношении «касты неприкосновенных» и после Майдана происходят по особым правилам. Начинаются «сложности» в расследовании, появляются непонятные решения судов, отказывающие во взятии под стражу, а также заявления по линии ГПУ о том, что они не могут оказывать давление на суд. Еще как могут.

Таки отмена санкций

Особое отношение к «неприкосновенным» и исключительно оно, дало возможность представителям режима Януковича поднимать вопрос об отмене санкций. С одной стороны, решение Совета ЕС о наложении санкций было обжаловано фигурантами санкционного списка в Суде ЕС (Европейском суде справедливости), с другой - были наняты юристы и лоббисты, убеждающие представителей ЕС в необходимости отмены санкций. Формальные основания для отмены санкций — нарушение права собственности, права на осуществление хозяйственной деятельности, деловой репутации и т.д. Фактические - отсутствие доказательств причастности указанных лиц к совершению экономических преступлений или нарушению прав человека в Украине.

Со своей стороны, Европа наблюдала за действиями Украины на двух фронтах: по линии обжалования санкций в Суде ЕС и по линии активной коммуникации с Советом ЕС. В итоге - получили печальный ожидаемый результат. Для ЕС было крайне некорректно допустить решение Суда об отмене собственных санкций, поэтому на уровне Совета ЕС было решено отказаться продлевать санкции в отношении 4 лиц из ограничительного списка. При этом, санкции в отношении еще 4 лиц могут быть сняты 6 июня 2015 г.

О том, как Украина коммуницировала с Европой в вопросе поддержания санкций, общество знает немного и именно ГПУ установила правила закрытости указанного процесса. Общие предложения, ориентировочные суммы, непонятные статусы экс-чиновников в уголовных производствах, ссылка на закон о запрете разглашения информации и замалчивание процессуальных норм о возможности ее разглашения в публичных интересах, - все это политика ГПУ постреволюционного времени.

Безусловно, что, в случае обжалования санкций, вопрос о снятии ограничений и дальнейшей потере, по сути, государственных активов - это вопрос, касающийся интересов Украины. Таким образом, Украина (намереваясь доказать странам ЕС, что расследование уголовных дел против Януковича и Ко ведется и санкции являются действенным инструментом) должна быть активным участником процесса поддержания санкций, поиска активов, доказательства преступного происхождения последних ради их возврата в Украину.

Пассивная роль Украины в этой ситуации означала бы либо отсутствие государственной позиции, либо государственную измену. Если наше государство взяло на себя обязательства расследовать преступления режима Януковича, то мы должны были показать результаты своей работы перед цивилизованными странами, если мы не можем показать эти результаты — должны спросить с уполномоченных лиц внутри своей страны.

Позиция Минюста и ГПУ

Из информированных источников стало известно, что Минюст получил от МИД письмо с требованиями отозвать заявление Украины о вступлении в дело для поддержки санкций. Основной аргумент: Украину могут обязать предоставлять объяснения, как расследуются дела против фигурантов санкционного списка. А расследовались они крайне неудовлетворительно. 

Реакция ГПУ была симметричной. Отдельные лица, время назвать которых еще придет, ссылались на то, что с руководством ГПУ срочно встретился глава представительства Европейского Союза в Украине Ян Томбинский и спросил мнение о роли Украины в деле о поддержке санкций. ГПУ такой запрос истолковала чуть ли не как требование ЕС отозвать заявление Украины об участии в процессе. Однако трудно представить, чтобы Томбинский мог выдвинуть такие требования к стране, которая реализовывает свое законное право поддержать санкции ЕС и дает разъяснения в их поддержку.

Скорее всего, ГПУ беспокоила только одна проблема: в Суде ЕС нужно было демонстрировать результаты расследования или мотивировать бездеятельность. Речь шла о Суде Европы, а не об отписках гражданам с уверениями, что «информация не подлежит разглашению». Пришлось бы публично отчитываться, почему так преступно было потеряно дорогое время, почему немалые полномочия не были надлежащим образом использованы.

В дальнейшем события разворачивались следующим образом: Украина отозвала ходатайство о вступлении в дело для поддержки санкций ЕС; Совет ЕС отказал в продлении санкций в отношении отдельных фигурантов санкционного списка и предупредил о намерении снять санкции с других лиц; Генеральный прокурор был снят с должности.

Оставим оценку этой цепи событий на суд читателей и истории.

Отказ Совета ЕС продлить санкции в отношении 4 лиц из ограничительного списка, а также риск отмены соответствующих ограничений в отношении еще 4 лиц в июне 2015 г. может свидетельствовать, что ЕС не верит Украине и что Европа, к величайшему сожалению, не разделяет свою веру на веру в простых граждан и веру в действующую власть. Хотя виновата не Украина, а отдельные чиновники, которые, вместо того, чтобы создать специальный отдел по расследованию дел высших должностных лиц и обеспечить необходимую централизацию всех заявлений о преступлениях по единым реквизитам, продолжали цинично имитировать деятельность, обманывая людей, что дало основания таким, как Портнов, выигрывать суды об опровержении недостоверной информации, то есть лжи.

Исходя из этого, у «Прокурорской правды» появляются некоторые вопросы:

- создание межведомственной рабочей группы по координации возвращения в Украину активов, украденных режимом Януковича по сути означает то, что Президент хочет «успокоить» народ, а заодно и отсрочить начало реальной работы?

- почему вот уже как год продолжается борьба общественных активистов и волонтеров за Украину с системой, которая состоит преимущественно из тех же представителей «режима Януковича», а ГПУ всё так же даёт «отписки»? Кто здесь выглядит более патриотом?

- если нет доказательств - нет санкций. Почему эту прописную истину не могут усвоить наши власти, ежедневно подставляя авторитет государства Украина на международном уровне? Вы или докажите, и ли признайте, что обвинения надуманны?

comments powered by Disqus
TOP