ВОЗРОСЛО КОЛИЧЕСТВО ТЯЖКИХ И ОСОБО ТЯЖКИХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, РАСКРЫВАЕМОСТЬ УПАЛА: ИТОГИ РАБОТЫ ГПУ ЗА 2015 ГОД

17:00, 04.02.2016
  • 5715
  • 21
  • 0

2015 год, в целом, продолжил негативные тенденции 2014 года в сфере охраны правопорядка и ознаменовался заметным ростом количества тяжких преступлений, зафиксированных правоохранительными органами.

Конечно, свою роль сыграл факт продолжения на территории Украины боевых действий, что, в частности, отобразилось в увеличении количества «военных» преступлений, связанных с применением огнестрельного оружия или с финансированием терроризма.

Однако, далеко не все преступления можно списать на «эхо войны».

Сухая статистика не позволяет в полной мере оценить сложившуюся ситуацию, однако даже она, прошедшая не один этап исправлений и «подгонки», не позволяет скрыть того факта, что криминал все серьезнее влияет на жизнь каждого гражданина Украины.

В этом контексте проведенные реформы правоохранительных органов не только не отразились позитивно на ситуации, а, более того, способствовали ее ухудшению. Постоянные пертурбации, фактически, разрушили остатки системы правопорядка, не предложив на данный момент ничего нового. Фактически, статистика еще держится на уровне более-менее приемлемых показателей исключительно за счет подозрительного падения количества преступлений в экономической сфере.

Парадоксально, но борьба с коррупцией, о которой все говорят на государственном уровне, пока что отразилась только в уменьшении фиксации соответствующих правонарушений.

Основные цифры криминогенной ситуации

Тема разгула криминала в стране становится одной из наиболее важных. Только в Киеве каждый день регистрируется по 500 преступлений, среди которых зашкаливает количество краж и хулиганских действий.

Ухудшение ситуации отражается и на настроениях в обществе. Как отметил социолог, учредитель группы компаний Research & Branding Евгений Копатько, ссылаясь на данные проведенного исследования, в топ-шесть проблем, волнующих украинских граждан, вошла преступность, что ранее не фиксировалось никогда.

Различные версии выдвигаются по поводу причин происходящего. В частности, по мнению главного военного прокурора Анатоли Матиоса, украинские правоохранители полностью «потеряли контроль над преступностью» в стране вследствие несовершенной реформы.

Президент Всеукраинской ассоциации операторов рынка безопасности Сергей Шабовта подчеркнул, что в Украине накопилась критическая масса людей, желающих применять оружие для противоправных действий, значительная часть из которых прошли «школу» боевых действий и теперь не готовы возвращаться к мирной жизни.

Эксперт по правовым вопросам Борис Малышев высказал свою точку зрения о том, почему в Украине растет преступность. В частности, он выделяет несколько ключевых факторов. Во-первых, повышение преступного фона связано с ситуацией на Донбассе – в стране много нелегального оружия. Во-вторых, правоохранители в некоторых областях в ожидании переаттестации в полицию просто перестали работать. Также эксперт добавил, что реформы в правоохранительной системе еще полностью не закончены, потому правоохранительные структуры пребывают в «подвешенном состоянии».

В этой ситуации, власть вынуждена реагировать. В частности, глава Национальной полиции Хатия Деконаидзе на борьбу с криминалом отвела подчиненным месяц. Впрочем, проблемы выглядят системными, и вряд ли их можно решить в какие-то «плановые» сроки.

Если обратиться к опубликованным ранее данным ГПУ о преступности за 2015 год, то можно увидеть, что изменение общего количество правонарушений за 2013, 2014 и 2015 годы является незначительным. Например, в 2015 году по сравнению с 2013 рост количества зафиксированных преступлений составил 0,3%, потому подобная «общая» статистика не выглядит достаточно репрезентативной.

Следовательно, необходимо обратиться к статистике по отдельным преступлениям, где можно получить более полную картину по состоянию дел в государстве.

Таким образом, ситуация складывается несколько парадоксальная, поскольку с одной стороны - преступность якобы растет незначительно, ведь 0,3% - это цифра, которой можно пренебречь.

Однако, не будем забывать, что по итогам событий 2014 года, Украина потеряла контроль над территориями, на которых проживало около 6 миллионов человек. То есть, не менее 13% граждан. Соответственно, статистика с «сохранением» количества преступлений выглядит обманчивой и скрывает как общий рост количества правонарушений, так и увеличение числа особо тяжких преступлений.

Как видим, ситуация с раскрываемостью демонстрирует крайне негативные тенденции и отражает реальное состояние дел с защитой правопорядка, поскольку статистику по регистрации преступлений проще «подправить», не фиксируя те или иные факты. А вот раскрываемость - это уже эффективность работы системы.

Если проанализировать уголовные производства, начатые в 2015 году (16664), то их количество, по сравнению с 2013 годом, (27171) сократилось на 39%. Из них, в прошедшем году завершено -10365, то есть – 62% (против 74% в 2013м).

Остаток незавершенных уголовных дел по итогам 2015 года (218) больше, аналогичного показателя 2013 года (1861) почти в два раза.

Увеличились и сроки досудебного расследования. Если в 2013 году только 6 дел расследовалось более 6-ти месяцев, то в 2015 таких было уже 25. При уменьшении числа производств, количество дел, расследуемых от 3 до 6 месяцев выросло более чем в два раза.

Фактически, мы замечаем существенный шаг назад по всем направлениям: по фиксации преступлений, по их расследованию и по срокам осуществления этого расследования.

Экономические преступления

Интересные тенденции наблюдаются в сфере экономических преступлений, где наблюдается стабильное «падение» зафиксированных преступлений по сравнению с прошлыми годами.

Вот только оптимизма эта тенденция не внушает.

Если в 2013 году было зафиксировано 3069 фактов уклонения от уплаты налогов, то в 2015 г. - только 1641, что почти в два раза меньше. Но вряд ли у кого-то из граждан может создаться впечатление, что это связано с повышением «налоговой дисциплины» и ответственности.

При этом, всего лишь в отношении 55 лиц органами ГФС собрано достаточно материалов для привлечения к ответственности за уклонение от уплаты налогов (в сравнении с 165 в 2013 году), так что, тут уменьшение показателей более чем троекратное.

Если в 2013 году было зафиксировано 147 фактов уклонения от уплаты единого социального взноса, то в 2015 г. - только 53.

Только одно преступление, связанное с подделкой и использованием поддельных акцизных марок, было зарегистрировано за весь 2015 год. Хотя и оно прекращено за отсутствием состава преступления, что еще более усиливает ощущение «репортажа из другой Украины», где нет никакой контрабанды.

Все знают сколько банков в Украине ликвидируется в связи с их банкротством (неплатежеспособностью). Достаточно вспомнить скандальную историю банка «Финансы и кредит», которая всколыхнула все украинское общество.

Однако, прокуратура живет в своем собственном мире, потому в 2015 году было зарегистрировано только 3 преступления, связанные с банкротством банков, и ни одному лицу уведомление о подозрении не было вручено.

Не вручались на протяжении года уведомления о подозрении и лицам, в связи с незаконной приватизацией государственного и коммунального имущества. Для сравнения, в 2013 году было вручено хотя бы два подозрения.

Примечательным является и снижение эффективности работы правоохранителей по защите прав, связанных со своевременной и полной оплатой труда. Из 908 зарегистрированных преступлений лишь в отношении 46 руководителей направлены в суд обвинительные акты. Для сравнения - в 2013 году их было 960. И все это при том, что в середине 2015 года Министр социального обеспечения Павел Розенко отчитывался о росте за первое полугодие задолженности по зарплате на 50%.

Еще один провал показала статистика и в сфере охраны труда. Из более чем 900 зарегистрированных преступлений, связанных с производственным травматизмом, виновные найдены только в 35 случаях.

Отдельная тема - борьба с коррупцией. В 1,5 раза по сравнению с 2013 годом уменьшилось количество лиц, обвиняемых в получении неправомерной выгоды (взятка). Из 23 зарегистрированных фактов незаконного обогащения ни одно не было направлено в суд.

Военные реалии

Конечно, продолжающиеся боевые действия в государстве не могли не отразиться и на статистике о правонарушениях в стране. В частности, если в 2013 году был зафиксирован только один факт финансирования терроризма, в боевом 2014 году их было уже 54, а за 2015 год - 138. Однако, только лишь в 5 случаях из 138 материалы направлены в суд, 46 производств прекращено.

Журналисты «Общественного ТВ Донбасса» провели расследование по поводу преступлений, связанных с финансированием терроризма. В нем, в частности, высказывается позиция, что подобные обвинения чаще всего используются прокуратурой для «прессования» бизнесменов и вымогания у них взяток за закрытие соответствующих дел.

Если в 2013 году было зафиксировано только 25 случаев самовольного оставления воинской части, то в 2014 году таких фактов было уже 1814, а в 2015 - 3927. Ещё в 2015 году зафиксировано 997 дезертиров.

Впрочем, есть в статистике и совершенно непонятные для стороннего наблюдателя вещи. В 2015 году не регистрировались преступления, ответственность за которые наступает по статье 447 УК Украины «Наемничество». За 2014 год такое преступление было зарегистрировано лишь одно. И это при том, что официальные СМИ Украины и первые лица государства не прекращают вещать о «российских наемниках» в Украине. Например, во время выступления в Мюнхене на конференции по безопасности  в феврале 2015 года, президент Петр Порошенко даже демонстрировал многочисленные паспорта российских «солдат удачи». В июне того же года президент даже говорил о 200 тысячах российских военных «заробитчан», находящихся на территории Украины. Так кого же все-таки он призывал выводить из Украины?

И это при том, что в течении прошедших двух лет сообщения о фиксации фактов наемничества поступали постоянно. Например, еще в 2014 году вербовщиков обнаружили даже в Тернопольской области. Более того, о проблеме зарабатывающих на войне в Украине боевиков осведомлены в сопредельных государствах.

Например, двух «коммандос», воевавших в ДНР, начли судить в Молдове. В первой половине 2015 года прокуратура Таджикистана сообщала о гибели гражданина этого государства в боях на Донбассе. Прекрасно проинформированы о участии в войне на Донбассе в качестве наемников своих граждан и в прокуратуре Казахстана. Казалось бы, все это создает прекрасные условия для расследования столь резонансных преступлений, но в украинской прокуратуре по каким-то причинам «скромничают», и наемников продолжают упорно не замечать.

Еще один парадоксальный момент – уменьшение количества уголовных производств в делах о пытках и прочих фактах жестокого обращения со стороны правоохранителей.

Если в довоенном 2013 году таких дел было 3730, то в 2014 - только 2053, а в 2015 - всего лишь 1766. Таким образом, на бумаге у нас наблюдается стабильный «отказ» правоохранителей от использования в своей практике пыток.

Впрочем, сведения «с мест» говорят о прямо противоположном. В частности, прокуратура Одесской области фиксировала в прошлом году рост в десятки раз обращений граждан по поводу пыток, осуществляемых сотрудниками МВД и СБУ. И речь, в данном случае, о вполне мирной, «тыловой» области. О том же, что происходит в прифронтовой зоне, можно получить некоторое представление на основании скандального дела подразделения «Торнадо», сотрудники которого обвиняются в систематичном использовании пыток.

Потому «радужная» статистика о «победе» над пытками выглядит, мягко говоря, не объективно.

Да и по остальным «военным» статьям в плане расследований за год тоже не наблюдается особых результатов. В частности, не смотря на многочисленные громкие заявления, прокуратурой зафиксировано только лишь два факта геноцида, один – пропаганды ведения войны, и четыре – нарушения законов ведения войны. Мягко говоря, не много для страны, которая, фактически, находится длительное время в состоянии войны.

Более того, прокуратура не учла ни одного факта плохого обращения с военнопленными, и это не смотря на очевидные факты, приводимые в СМИ. Еще прокуратура не зафиксировала за год ни одного проявления мародерства, во что поверить почти невозможно, ибо война без мародерства возможна лишь в фантастических романах. Зато, обнаружено целых 42 факта превышения военнослужащим власти или служебных полномочий.

Ситуация складывается парадоксальная. Украинская военная прокуратура иногда обращает внимание на преступления со стороны украинских военнослужащих, но совершенно игнорирует преступления, совершаемые «другой» стороной военного конфликта.

В этом контексте не очень понятны бравурные реляции со стороны главного военного прокурора Анатолия Матиоса, который уже успел отчитаться о великолепных показателях своего ведомства за прошедший год. В частности, по его информации, все следователи органов прокуратуры (703 человека) расследовали в течение года 39 тыс. 414 уголовных производств - из них следователи военной прокуратуры (127 человек) - 21 тыс. 796 уголовных производств, то есть это 55% всех расследований.

Особенно гордится Матиос тем, что следователями военной прокуратуры в суд направлено 115 обвинительных актов по делам о коррупции (это 20% от всего количества таких 575 дел).

Правда, создается впечатление, что именно повышенная углубленность военной прокуратуры в проблему борьбы с коррупцией, которой должны заниматься все-таки другие компетентные органы, мешает данной структуре более успешно заниматься своими непосредственными обязанностями по расследованию военных преступлений.

Взгляд из регионов

В регионах ситуация с ростом преступности по официальным реляциям выглядит неоднозначно.

Например, прокуратура Запорожской области недавно подвела итоги за 2015 год. Оказалось, преступность значительно возросла, ликвидация милиции способствовала появлению особо дерзких преступлений. Глава ведомства Александр Шацкий в очередной раз не упустил возможность раскритиковать «грузинскую» реформу прокуратуры.

Он рассказал, что в прошлом году следователями прокуратуры закончено 477 уголовных производств. Из них только 61 дело направлено в суд. По мнению областного прокурора, «работать вхолостую» правоохранительные органы заставляют недостатки законодательства. Также он считает, что реформа правоохранительных органов привела к разгулу преступности, поскольку ликвидация милиции создала вакуум.

Характерно, что в Запорожье из-за роста преступности подразделения Национальной гвардии 20 января 2016 года были выведены на совместное патрулирование улиц с полицейскими. По данным областной администрации, общественный порядок на улицах города обеспечивают 240 правоохранителей и гвардейцев.

Большинство других местных прокуратур предпочитают подавать более «радужные» отчеты. Как, например, в Харьковской области.

В 2015 г. здесь учтено 40,9 тыс. уголовных правонарушений. Сообщено о подозрении по 12,8 тыс. уголовным правонарушениям, 14,4 тыс. – направлено в суд, из них 11,9 тыс. - совершенных в 2015 году.

Правоохранительными органами области раскрыто 14 тыс. 166 уголовных преступлений, совершенных в прошлом году, или 40,9%.  В то же время раскрыто 88% умышленных убийств. 

Ситуацию с преступностью в Киеве за 2015 год проанализировал экс-прокурор Донецкой области Олег Сюсяйло. Картина, в целом, выходит сходная с общей ситуацией в стране.

Итак, зафиксирован рост убийств в 1,6 раза, а раскрываемость упала на 4,6%, то есть, раскрыто лишь каждое 20-е. За невыплату заработной платы ответственность понесли лишь 2 руководителя, против 655 в 2013 году. Разбойных нападений совершено более чем в 1,5 раза больше. Ни одно лицо за весь 2015 год не привлечено к ответственности за самовольное занятие земельных участков и самовольное строительство, а за взятки в 2013 году привлечено к уголовной ответственности больше госслужащих, чем в 2015.

Таким образом, видим, что по всем направлениям эффективность работы правоохранителей упала, и столица в этом плане лишь подтверждает общие тенденции по государству.

В  связи с этим, у «Прокурорской правды» возникают такие вопросы:

- если по официальной статистике общее количество преступлений в 2015 году по сравнению с 2013 годом выросло незначительно, а количество тяжких и особо тяжких преступлений - существенно, означает ли это, что менее значительные преступления просто предпочитают не фиксировать для статистки?

- чем занималась последние два года Военная прокуратура, если за все это время ее сотрудники смогли зафиксировать только один факт наемничества?

- означает ли уменьшение зафиксированных экономических преступлений факт реального их сокращения, или же то, что на них предпочитают закрывать глаза за определённое вознаграждение?

comments powered by Disqus
TOP