Проект Закона Украины «Об антикоррупционных судах» не соответствуют ни Конституции, ни Закону «О судоустройстве и статусе судей»: какую опасность несёт в себе "суд под транш"?

13:35, 13.03.2017
  • 1163
  • 2
  • 0

1 февраля в Верховной Раде зарегистрирован законопроект №6011 «Об антикоррупционных судах». В пояснительной записке к нему указано, что его реализация позволит получить следующий транш кредита Международного валютного фонда, а также создаст условия для возвращения в Государственный бюджет Украины активов, полученных коррупционным путём.

«Предлагается создать Высший антикоррупционный суд, которому будут подследственны все дела НАБУ и антикоррупционной прокуратуры. 70 судей этого суда должны давать разрешения на прослушивание, арест и отстранение от работы топ-клептократов, а также выносить им приговоры. Еще из 30 судей предлагается создать специальную палату в Верховном Суде как апелляционную инстанцию. Всем антикоррупционным судьям должна быть установлена высокая зарплата и предоставлена круглосуточная охрана. Самое важное: для подбора судей, кроме Общественного совета добропорядочности, мы предлагаем привлечь представителей США, стран ЕС, Великобритании, чтобы на должности судей удалось подобрать максимально профессиональных и принципиальных людей, в т. ч. из числа адвокатов, правозащитников и ученых», - написал на своей странице в Facebook 1 февраля председатель Комитета ВР по вопросам предотвращения и противодействия коррупции Егор Соболев.

Сразу после заявления Е. Соболева правозащитники поставили процедуру подачи указанного законопроекта под сомнение. Ведь согласно ст. 125 Конституции Украины, «суд образуется, реорганизуется и ликвидируется законом, проект которого вносит в Верховную Раду Украины Президент Украины после консультаций с Высшим советом правосудия». Кроме того, ст. 19 Закона «О судоустройстве и статусе судей» четко установлено, что исключительно Президент Украины уполномочен вносить в ВР проекты законов относительно создания какого-либо суда, в т. ч. и Высшего антикоррупционного. В данном же случае проект подавался народными избранниками и, видимо, без каких-либо консультаций с ВСП, - пишет Судебно-юридическая газета.

Проанализировав положения законопроекта, представители правового сообщества пришли к выводу, что документ содержит целый ряд норм, которые не соответствуют ни Конституции, ни Закону «О судоустройстве и статусе судей».

Конституция относит к основным принципам судопроизводства (п. 8 ч. 2 ст. 129) обеспечение права на апелляционный пересмотр дела и в определенных законом случаях — на кассационное обжалование судебного решения. Одним из нюансов проекта, который подвергся критике, стала норма о том, что пересмотр дел в апелляционном порядке осуществляется судьями одного и того же суда. Представители правового сообщества отмечают, что создание в рамках Высшего антикоррупционного суда апелляционной палаты недопустимо, поскольку такая структура суда, которая предусматривает рассмотрение дела в рамках единой структуры, вызывает определенные сомнения в ее независимости и справедливости.

Также проектом закона предлагается создать Антикоррупционную палату в составе Кассационного уголовного суда Верховного Суда с полной административной автономией, в условиях которой административные полномочия председателя Верховного Суда не будут распространяться на судей и работников аппарата Антикоррупционной палаты. При этом предполагается, что судьи Антикоррупционной палаты не смогут входить в состав Пленума Верховного Суда и избираться в Большую палату, что противоречит ст. 46 Закона «О судоустройстве и статусе судей», согласно которого в состав Пленума входят все судьи ВС.

Вместе с тем, проект относит вопросы обобщения судебной практики по рассмотрению дел антикоррупционными судами исключительно к функциям Высшего антикоррупционного суда и Антикоррупционной палаты, практически лишая Верховный Суд возможности создавать такую практику, а другие суды - влиять на понимание тех или иных предписаний закона. Такое положение вещей может привести к определенным злоупотреблениям, что, в конце концов, приведет к тому, что практика применения уголовного процессуального закона антикоррупционными судами может существенно отличаться от общей практики рассмотрения уголовных производств общими судами».

Согласно ч. 2 ст. 14 проекта закона, для обеспечения проведения конкурса на занятие вакантных должностей судей антикоррупционных судов и установления его результатов создается конкурсная комиссия. Ст. 15 указанного документа описывает порядок формирования этой комиссии: «В состав конкурсной комиссии входят:

1) 3 человека, которых назначает Президент Украины;

2) 3 человека, которых избирает Верховная Рада Украины;

3) 3 человека, которых назначает министр юстиции Украины».

Фактически вопрос назначения судей в антикоррупционные суды будет решаться не ВККС и ВСП, а специальной конкурсной комиссией, что полностью не соответствует ни положениям Конституции Украины, ни рекомендациям ведущих европейских институций. Здесь следует обратить внимание, что судейское сообщество вовсе не представлено среди субъектов назначения членов конкурсной комиссии, что несет определенный риск для независимости «антикоррупционной» ветви (подветви) судебной власти.

Кроме того, не совсем корректным является наделение министра юстиции персональными полномочиями на назначение членов конкурсной комиссии наравне с Президентом и Верховной Радой, поскольку министр юстиции сам по себе не олицетворяет определенную ветвь власти, и предоставление ему таких персональных полномочий может нарушить баланс рычагов и противодействий в системе государственной власти. Т. е. предложенная модель отбора и назначения судей в антикоррупционные суды перечеркивает все достигнутые конституционной реформой результаты, которые заключались, главным образом, в искоренении политической составляющей в вопросе формирования судейского корпуса.

Кконкурсная комиссия самостоятельно определяет, какой судья может быть назначен на должность судьи антикоррупционного суда, ее решения являются окончательными для других контролирующих органов судебной ветви власти.

В проекте закона есть еще одна норма, которая, по мнению многих экспертов, в т. ч. судей, оказалась не совсем справедливой. Она касается оплаты труда. Так, в законопроекте прописана норма о том, что размер должностного оклада судьи антикоррупционного суда составляет:

1) 75 минимальных заработных плат — судьи Высшего антикоррупционного суда;

2) 94 минимальные заработные платы — судьи антикоррупционной палаты (в ч. 2 ст. 36 законопроекта).

Таким образом, по мнению авторов проекта, судья Высшего антикоррупционного суда должен получать на руки 240 тыс. грн, а судья Антикоррупционной палаты — 300,8 тыс. грн. Напомним, что согласно новому Закону «О судоустройстве и статусе судей», судейское вознаграждение стало рассчитываться в прожиточных минимумах (в 2017 г. — 1544 грн), а не в минимальных заработных платах. А согласно переходным положениям нового Закона «О судоустройстве и статусе судей», с 1 января 2017 г. оно составляет:

а) для судьи местного суда — 15 прожиточных минимумов для трудоспособных лиц, размер которого установлен на 1 января календарного года;

б) для судьи апелляционного суда и высшего специализированного суда — 25 прожиточных минимумов для трудоспособных лиц, размер которого установлен на 1 января календарного года;

в) для судьи Верховного Суда — 75 прожиточных минимумов для трудоспособных лиц, размер которого установлен на 1 января календарного года.

Таким образом, в случае принятия данного законопроекта разница между заработной платой судьи антикоррупционной палаты и судьи местного суда составит 277,64 тыс. грн.

Многие эксперты утверждают, что законопроектом выписаны нормы, которые фактически исключают возможность привлечь судью антикоррупционного суда к дисциплинарной ответственности. В частности, в проекте обозначено, что дисциплинарная палата Высшего совета правосудия открывает дисциплинарное дело в отношении судьи антикоррупционного суда только после получения согласия собрания судей Высшего антикоррупционного суда или антикоррупционной палаты соответственно. Такая особенность открытия дисциплинарного производства выглядит скорее «утопичной реальностью» и, как обозначают правозащитники, «будет способствовать согласию и миру в отношениях судей антикоррупционных судов».

При такой модели привлечь судью антикоррупционного суда к дисциплинарной ответственности практически невозможно. Вместе с тем, для собрания судей создается дополнительный рычаг воздействия на судью, поскольку именно от собрания зависит, будет ли судья привлечен к ответственности. Следовательно, при такой модели построения антикоррупционных судов имеет место большой риск, что они будут представлять собой совершенно обособленную и полностью закрытую структуру, которая будет осуществлять функции исключительно для оправдания собственного существования».

Еще ряд положений законопроекта представители правового сообщества поддали сокрушительной критике. К примеру, относительно особой системы антикоррупционных судов. Согласно нормам проекта, ее должны составлять:

1) Высший антикоррупционный суд;

2) антикоррупционная палата Кассационного уголовного суда Верховного Суда Украины.

Антикоррупционная палата создается для пересмотра приговоров и постановлений Высшего антикоррупционного суда, которыми было закончено рассмотрение дела по существу. Специфика этой палаты заключается в том, что она имеет полную административную автономию в пределах Верховного Суда и Кассационного уголовного суда. На ее судей не распространяются приказы и распоряжения глав Верховного Суда и Кассационного уголовного суда, они не могут быть избраны в состав палаты Верховного Суда, входить в Пленум Верховного Суда и собрание судей Кассационного уголовного суда Верховного Суда, быть избраны делегатами на съезд судей Украины, а также занимать любые административные должности в Верховном Суде.

Получается, что антикоррупционная палата хоть и создана в рамках Верховного Суда, но полностью независима от него. Правоведы задаются вопросом: кто же тогда должен контролировать деятельность этой палаты? Кроме того, на судей и работников аппарата антикоррупционной палаты Верховного Суда не распространяются административные полномочия председателя Верховного Суда. Значит, антикоррупционная палата - фактически отдельный кассационный суд, но в составе ВС?

Ставят под сомнение представители юридического сообщества и нормы о том, что судьи антикоррупционной палаты не входят в Пленум Верховного Суда и собрание судей Кассационного уголовного суда Верховного Суда. Получается, что их вообще нельзя позиционировать как судей Верховного Суда. Ведь ст. 46 Закона «О судоустройстве и статусе судей» предусматривает, что в состав Пленума входят все судьи Верховного Суда.

Признаки дискриминации имеет также положение о том, что судьи антикоррупционной палаты не могут быть избраны делегатами на съезд судей Украины. Подвергнута критике и норма о том, что судья Высшего антикоррупционного суда, судья антикоррупционной палаты не может быть переведен на должность в другой суд в порядке привлечения к дисциплинарной ответственности или командировки.

С другой стороны, общие собрания судей Высшего антикоррупционного суда и антикоррупционной палаты проводятся для обсуждения совместной практики рассмотрения определенных категорий дел и других вопросов, определенных такими собраниями. Это значит, что антикоррупционную практику будут формировать только данные судьи.

На самом деле критических замечаний к законопроекту очень много. Со стороны похоже, что он был обнародован специально для того, чтобы правовое сообщество проанализировало его положения и дало свои критические замечания, которые потом будут использованы разработчиками в своих целях.

comments powered by Disqus
TOP