Шок для старых кадров, пассивность общества и возможность для новых лиц: резюме прокурорского конкурса от очевидца

14:57, 02.12.2015
  • 2518
  • 0
  • 0

Полной перезагрузки системы прокуратуры по результатам проведения открытого конкурса на админдолжности в местных прокуратурах, как это себе представляет общественность, не будет. В этом случае не мог повториться опыт патрульной полиции, когда «с улицы» набрали достойных кандидатов и за два месяца научили их полицейской профессии, пишет в своем материале для "Ракурса" секретарь Львовской комиссии Денис Монастырский. По его словам, невозможно научить управлять прокуратурой абсолютно всех желающих, которые подали свои документы на конкурс. В основе руководящего состава прокуратуры должны остаться профессионалы с управленческим опытом. Отсутствие управленческого опыта является самой большой проблемой так называемых внешних кандидатов. Ведь для того, чтобы освоить должность руководителя местной прокуратуры, кандидат должен обладать управленческими инструментами хотя бы во внепрокурорской практике: адвокатской, общеюридической, военной и так далее.

В то же время Монастырский считает очевидными преимущества открытого конкурса на административные должности в местные прокуратуры. К плюсам он отнес появившуюся возможность у рядовых сотрудников прокуратуры, которые никогда не были первыми руководителями, стать таковыми. В условиях абсолютной непрозрачности в кадровой политике прокуратуры, в прошлом честным сотрудникам прокуратуры, не имевшим семейной или финансовой поддержки, было чрезвычайно трудно стать руководителями прокуратуры и способствовать ее самоочищению. "Проанализировав огромный массив информации о профессиональных и личностных качествах действующих прокуроров, можно сделать вывод, что достаточно мало руководителей пробивались на руководящие должности благодаря своему уму. Обычно толковые сотрудники не поднимались выше руководителей отделов или заместителей районных прокуроров и выполняли роль рабочих лошадок, тянувших всю работу. Поэтому местной общине оставалось надеяться, что мажор окажется еще и умным, ответственным и человечным руководителем... Отсюда множество проблем с «ручными» прокурорами, ведь за милость со стороны сильных мира сего нужно было платить", - утверждает член конкурсной комиссии.

Он уверен, что впервые внешние кандидаты смогли на равных конкурировать с прокурорскими. В ряде прокуратур внешние кандидаты создали реальный конкурс для действующих руководителей и вытеснили многих из них за пределы проходной части. Следует признать, что на этапе собеседования комиссия, как правило, предпочитала прокурорских работников (причины этого раскроем дальше). Однако почти в каждую местную прокуратуру на руководящие должности (как правило, заместителя руководителя) претендовали внешние кандидаты.

Монастырский уверен, что кадровые вопросы руководителей местных прокуратур впервые решались открыто, и каждый гражданин Украины мог в режиме онлайн наблюдать за собеседованиями, а затем сопоставлять свои выводы по кандидатам с решением комиссии. В большинстве случаев решения комиссии совпадали с рейтингами, которые формировали для себя присутствовавшие на собеседовании наблюдатели, так же было со многими корреспондентами в социальных сетях. Люди, которые находили силы и время прослушать в режиме онлайн всех кандидатов, делали, как правило, сходные с комиссией выводы относительно кандидатур на административные должности в местную прокуратуру. "Прокурорская правда" предлагает читателям ознакомиться с позицией Дениса Монастырского постфактум прокурорского конкурса:

- Впервые к решению кадровых вопросов были допущены посторонние для прокуратуры люди — представители парламента. Это были адвокаты, общественные деятели, народные депутаты, большинство из которых лично сталкивались с недостойными представителями прокуратуры в своей предыдущей деятельности. Это неподкупные люди (здесь могу говорить только за себя и нескольких членов комиссий, которых знаю лично не первый день), для которых участие в конкурсе стало своеобразной миссией, вторым внутренним фронтом, ведь все понимают, что только существенное изменение правоохранительной системы сможет дать реальное обновление системы защиты прав граждан. В результате прокуроры были в шоковом состоянии от открытого конкурса с привлечением к отбору непрокурорских представителей. Никто никогда не думал, что можно будет открыто проверить реестры недвижимости. Никто никогда не думал, что их беспринципность при подаче исков в местные советы о снятии флага Евросоюза со зданий органов местного самоуправления будет кем-то оценена. Никто никогда не думал, что моральная (а точнее аморальная) сторона жизни прокуроров может помешать им в карьерном росте. Факты непристойного поведения, злоупотребления алкоголем, грубое отношение к гражданам или подчиненным стали при обсуждении кандидатур важным и зачастую решающим фактором в рекомендации кандидата на руководящую должность в прокуратуру. Когда многолетние руководители районов не находили себя среди претендентов на руководящие должности, для них это был настоящий шок. Конечно, не всегда удавалось убедить конкурсную комиссию в необходимости вывода за пределы «проходной» части рейтинга сомнительных действующих руководителей. На стороне таких руководителей их опыт, управленческие качества, благосклонная позиция прокурорской части комиссии, но, кроме того, и низкое качество внешних кандидатов, которые часто не могли назвать основные функции прокуратуры, и чрезвычайная неопытность, незрелая жизненная позиция молодых прокуроров с трехлетним стажем работы.

Поиск информации о внешних кандидатах привел к неутешительным выводам: в руководство прокуратуры зачастую хотят попасть так называемые «решаловы» и «мажоры» разных мастей и уровней, которые знают, «с какой стороны расположен черный вход в прокуратуру» (цитата из собеседования). Здесь вспоминается короткая басня Леонида Глебова о волках и собаках, написанная 150 лет назад.

Один заможний господар
Надумався Вовків злякати.
«Що, — каже, — той вівчар
Собак дві сотні назбирати!»
Здається б, і гаразд було:
Вовки полохать перестали, —
Так друге лихо підросло:
Свої Собаки шкодить стали.

Мораль в нашем случае: важно, выбирая кандидатов, не променять «волков» на «собак». Ведь прокуратура — это власть, а во власть часто лезут недобросовестные люди.

Плач прокуроров

Сами же прокуроры жалуются, что не меняется порядок работы органов прокуратуры. Остаются бесконечные и внеправовые так называемые «контроли» (задания и поручения, направляемые вышестоящими прокурорскими инстанциями к нижестоящим, ограниченные временем для их выполнения, иногда устного характера); работа на показатель (особенно в отношении коррупционных преступлений, уровня преступности в регионе и т. д.); непропорциональное распределение нагрузки между рядовыми прокурорами; загруженность прокуратуры мелкими преступлениями: к примеру, нанесение легких телесных повреждений, совершение мелких краж, хранение наркотических средств, в среднем составляющими до 90% правонарушений в регионе и отвлекающими внимание прокурора от процессуального руководства в более важных для общества тяжких преступлениях (для этого акцентировалось внимание на необходимости принятия Закона Украины «Об уголовных проступках»).

Тосковали прокуроры и по законодательному ограничению функций прокуратуры, в частности, общий надзор был для прокуратуры настоящей «дойной коровой». Обсуждали сложности функционирования новой, объединенной прокуратуры: необходимость более активного использования цифровых технологий в работе, внедрение цифровой подписи руководителя местной прокуратуры для оперативности в работе и т. п.

В целом сложилось впечатление, что система прокуратуры не хочет меняться. А без изменений в работе всех звеньев в прокуратуре, начиная с Генеральной прокуратуры, ждать обновления не стоит. Если над каждым рядовым прокурором, который и выполняет основную часть работы прокуратуры, будет по 10 контролирующих начальников разных уровней, толку не будет.

О помощи общественности

В целом общественность отнеслась к сбору информации о кандидатах очень пассивно. Преимущественно члены комиссии слышат недовольные голоса активистов уже постфактум: «Я знал, что выберут этого бандита». На вопрос: «Почему информация не была предоставлена до собеседования?» — обычно не слышали никакого ответа. Информация же, которая предоставлялась вовремя, преимущественно ограничивалась сухим, беспочвенным обвинением прокурора в коррупции — без конкретных фактов и какого-либо документального подтверждения. Так что неактивная общественность теперь должна уживаться с новоизбранными представителями «старой гвардии» прокурорских руководителей.

Активная помощь общественности была во Львовской, Волынской и Хмельницкой областях. В остальных областях (Ивано-Франковской, Черновицкой, Закарпатской, Тернопольской), кроме собственных источников членов комиссии, помощь общественности была почти незаметной. Спасибо всем, кто помог в сборе информации (к сожалению, не могу назвать поименно из соображений их безопасности). Но попутно хочу лично поблагодарить публичных лиц — председателя Консультативного совета при Генеральной прокуратуре Украины Александру Примаченко с ее командой и народного депутата Антона Геращенко за действенную, системную помощь в организации сбора информации о кандидатах. Только они реально информационно способствовали процессу отбора новых руководителей. В отношении остальных можно лишь перефразировать известную цитату Уинстона Черчилля о выборах: плохих прокуроров фактически выбирают хорошие люди, которые не предоставляют вовремя имеющуюся у них информацию об этих прокурорах.

Недостатки отбора

Перед началом конкурса была явно недостаточной рекламная кампания открытого конкурса. Многие потенциальные кандидаты не услышали достаточно информации, чтобы решить поучаствовать в конкурсе.

Не было четко задекларировано, что «новые» прокуроры будут получать предусмотренную статьей 81 Закона Украины «О прокуратуре» заработную плату (не менее 10 минимальных заработных плат). Для успешного человека, который хочет принять участие в реформе прокуратуры, очень важна устойчивая, адекватная материальная мотивация. Чтобы семья прокурора действительно могла жить на одну зарплату. В связи с неопределенностью с заработной платой активность внешних кандидатов была крайне низкой. Многие подавали документы на конкурс, не имея реального намерения принять участие в самом конкурсе.

Не была предусмотрена возможность перехода кандидатов из одного рейтингового списка в другой после проведения основных тестовых этапов (профессионального теста и теста на общие способности). В результате даже в одной области очень отличался уровень кандидатов в местные прокуратуры. Многие кандидаты в местную прокуратуру с высокими баллами не доходили до собеседования из-за высокого конкурса в их прокуратуру. А если бы кандидатам, не прошедшим в 16 лучших (это определенное порядком проведения конкурса количество кандидатов, допускаемых к следующему этапу конкурса — собеседованию), к примеру, в местной прокуратуре областного центра, позволили перейти в рейтинговый список соседней прокуратуры, качество кандидатов значительно возросло бы. Профессиональный уровень прокуратуры и мы, простые граждане, от этого бы только выиграли. Интересно, что такая возможность обсуждалась в Генеральной прокуратуре Украины в начале конкурса, и кандидатов даже спрашивали о согласии быть так называемыми мобильными кандидатами (предполагалось, что они могут «мигрировать» в пределах области). Однако положительное решение почему-то так и не было принято. Хотя достаточно было бы недели для перехода желающих в другой рейтинговый список.

Важным предохранителем от неквалифицированных кандидатов мог бы стать установленный проходной балл. Пусть бы он был на уровне 50% от максимального балла, который можно было набрать по результатам двух этапов конкурса. Тогда на собеседование попадали бы кандидаты, которые имели хотя бы удовлетворительный уровень знаний законодательства и минимально необходимый уровень общего развития. Практика работы конкурсной комиссии показала, что кандидаты, набравшие менее 100 баллов за два этапа конкурса, как правило, не заслуживают того, чтобы быть руководителями местных прокуратур.

Определенным недостатком можно считать также медлительность процедуры назначения руководящего состава местных прокуратур, ведь первые рекомендации уже в течение трех недель находятся на рассмотрении в Генеральной прокуратуре. При том, что в Генеральной прокуратуре постоянно требовали сверхвысокой интенсивности проведения собеседований конкурсными комиссиями, что, по моему мнению, повлияло на качество полученных результатов.

Из-за короткого промежутка времени между обнародованием фамилий кандидатов в конкретную местную прокуратуру и проведением собеседований было недостаточно времени для сбора информации о кандидатах.

Состав конкурсных комиссий был сформирован по принципу: четыре представителя от прокуратуры, три представителя от парламента. Таким образом, соотношение между прокурорской и парламентской составляющей было определено в пользу прокуроров. Для кадрового обновления прокуратуры такого соотношения было недостаточно: прокуроры, как правило, единодушно поддерживали прокуроров, даже если прокурорские кандидаты имели существенные «грешки» на руководящих должностях в прошлом.

Думается, было не очень оправданным назначение народных депутатов в состав конкурсных комиссий. Очевидный недостаток времени мешал обеспечению полноценного представления парламентской составляющей в работе комиссии. К тому же, многие общественные организации осуществляют мониторинг посещения народными депутатами пленарных заседаний парламента и заседаний комитетов. Поэтому не хватало голосов за толковых внешних кандидатов, несмотря даже на то, что местом работы всех комиссий был избран Киев — удобное место для членов от Генеральной прокуратуры Украины и народных депутатов.

Прокурорский автопарк

Проанализировав несколько сотен деклараций действующих руководителей прокуратур разных уровней, удивляешься количеству и качеству автомобилей, находящихся в собственности семей прокуроров. Довольно часто это авто стоимостью более 20–25 тысяч долларов. На вопрос о происхождении авто комиссия обычно получала ответ о подарке родителей, о женах-предпринимателях с тремя магазинами в сельской местности, о деньгах, собиравшихся с детства, и т. д. Предполагаю, что прокуроры действительно могли удачно жениться, быть детьми богатых родителей или в течение всей жизни откладывать на авто своей мечты по несколько тысяч гривен в месяц. И я вполне понимаю, что дорогие авто — это не самая главная проблема современной прокуратуры. Однако в то время, когда государство находится в состоянии фактической войны, экономика разваливается, а люди беднеют, дорогие авто прокуроров (государственных служащих) выглядят издевательством над собственным народом, которому они должны служить... Представляю, как воспринимаются просьбы прокурора о повышении заработной платы, в то время как он ездит на работу на собственном дорогом авто, которое нужно к тому же чем-то заправлять.

comments powered by Disqus
TOP